Что касается Алексея Степановича Хомякова, который неизвестно, бывал ли в Оптиной Пустыни и, во всяком случае, не может считаться послушником Оптинских старцев; о нем или о его мировоззрении не встречается никаких отзывов в старческих письмах. Славянофилы относились отрицательно к византизму. Для Оптиной же Пустыни святые византийские служили базой и основой ее веры и идеологии. Киреевский, который был совершенно единомыслен со старцами и был одного духа с ними, принимал личное и деятельное участие в издательстве святоотеческой литературы, не может быть назван «славянофилом». Это доказывает незнание истории Оптиной Пустыни и ее значения.
Письма старца Макария вышли в двух книгах:
1. «Собрание писем блаженной памяти Оптинского старца иеросхимонаха Макария. Отделение первое: Письма к монахам» (М., 1862. 400 с.). В приложении две статьи, составленные Старцем на основании слова Божия и писания св. отцов и выписки о смирении.
2. «Собрание писем блаженной памяти Оптинского старца иеросхимонаха Макария. Письма к мирским особам» (М., 1862. 760 с.)208.
Мы ниже предлагаем читателю семь первых писем из последнего собрания, разобранных И. М. Концевичем незадолго до смерти209.
В основу всякого созидания надо класть правильное основание: от этого зависит доброкачественность и прочность творимого. Будь это постройка дома в мире материальном, или в сфере умственной приобретение знаний, творчество, или в духовной жизни внутреннее делание, одним словом, — во всем, где происходит созидание, все зависит от основания, от фундамента, на котором оно строится. Дом может быть выстроен на камне или на песке; в последнем случае падение его бывает великое, как говорит нам Евангелие (См.: Мф. 7, 26, 27).
Мы имеем намерение изучать творения святых отцов, а в ближайшее время — письма старца Макария, органически связанные с этими творениями. Что же мы должны положить в основание этого нашего изучения?
Прежде всего, мы должны дать себе ясный отчет в том, что такое представляют собою творения святых отцов. Кроме канонического и литургического богатства, в них заключен благодатный многовековой психологический опыт православных подвижников. На протяжении веков восточные аскеты при содействии благодати Святаго Духа в совершенстве изучили душу человека, законы ее жизни и путь к духовному ее восхождению. В их творениях разработан и указан правильный и единственный путь к высшему совершенству святости и боговедению на все времена и для всех народов.
В этих творениях дивное единомыслие, и все органически вытекает одно из другого. Святые отцы в благодати Святаго Духа говорили только истину, а потому авторитет их для нас должен быть абсолютным.
Теперь разберем, с каким настроением мы должны подойти к этому делу.
Господь говорит:
В этом случае может быть много различных побуждений: и честолюбное стремление достигнуть успеха в жизни, и простое тщеславие — блеснуть богатством своих познаний; может быть и простое любопытство — нахватать побольше всяких сведений. Может быть много еще и иных побуждений.
Во всех этих случаях знание остается поверхностным, внешним; оно не проникает в глубь души и не приносит плода, подобно приточному зерну, упавшему на каменистую почву, и может причинить только вред. Истинное познание правды Божией — евангельских заповедей — непременно влечет и к исполнению их. «Будучи любознателен, будь и трудолюбив, ибо голое знание надымает человека»210.
От такого поверхностного восприятия истины не спасает человека никакое его положение: он может быть и ученейшим богословом, и ректором Духовной Академии, и высоким иерархом в Церкви, и подвижником в монастыре и так далее, не говоря уже о тех, кто живет всецело мирской жизнью.
Принимая это во внимание, мы не будем удивляться тому, что и богословы, и иерархи впадали в ереси и учиняли расколы и смуты в Церкви, а прославленные подвижники впадали в прелесть (прельщение) и гибли.
Все это происходит оттого, что
