После разговора съ женщиной, батюшка подошелъ ко мне, взялъ меня за руку и повелъ, подошелъ къ моей невесте, взялъ ее другой рукой и повелъ обоихъ въ исповедальню. Она очень стеснялась, а онъ ее подбадривалъ. Братъ ея глазамъ своимъ не верилъ. (Онъ зналъ, что она безповоротно собралась въ монастырь). Поставилъ насъ батюшка передъ аналоемъ, соединилъ наши руки, покрылъ эпитрахилью своей, и сталъ про себя молиться. Потомъ онъ обернулся къ намъ и сказалъ: «вотъ вамъ мое желаше, познакомьтесь поближе, и если вы другъ другу подойдете, то Богъ да благословить вашъ бракъ»; и затемъ, обратившись къ моей невесте сказалъ: «а тебе заповедаю, каждый день въ 5 часовъ приходить къ В. В. и угощать его чаемъ. И вы открывайте души свои другъ другу». Потомъ онъ насъ отпустилъ, призвалъ ея брата, который въ этотъ же день уезжалъ обратно въ Москву.
День, въ который совершился этотъ сговоръ, былъ для меня замечателенъ. Это былъ день смерти моей родной матери 1 февраля. Ровно за годъ до этого, я былъ въ Оптиной и сказалъ батюшке, что сегодня день смерти моей матери. Онъ всталъ тогда передъ образомъ и началъ молиться. Потомъ, повернувшись ко мне, говорить: «смотри, какъ она киваетъ головой, и какъ благодарить за то, что ея сыпь не забылъ ея, а вспомнилъ и помолился. Ты видишъ ея радость?» «Батюшка, я ничего не вижу», — а батюшка смотрить на образъ, и будто разговариваеть. Такъ воть, прошелъ годъ после этого туть было и благословеше матери.
Въ продолжеше нЬсколькихъ дней Ан. Серг. приходила ко мне въ 5 ч. Беседуя другъ съ другомъ, мы срослись душой. Беседа продолжалась до 10 ч. вечера и я ее провожалъ домой. Каждый день мы сообщали батюшке о своей беседе, а онъ мне говорить: «какъ у меня душа радуется, что такъ случилось. Но надо все таки тебе познакомиться съ ея родителями. Тамъ будетъ скоро свадьба у брата Ан. Серг., пускай они пришлютъ тебе приглашеше». Потомъ батюшка велелъ отвези ее въ Москву, и, после свадьбы брата, съездить вместе съ нею къ преподобному Серию въ Троице–Серпевскую лавру. Батюшка очень почиталъ преподобнаго Серия 1 земная жизнь о. Варсонофiя закончилась въ обители, основанной Преподобнымъ).
Я исполнилъ батюшкино желаше, отвезъ свою невесту въ Москву, и по пол учеши приглашешя прiехалъ на свадьбу… После этого я каждую неделю сталъ ездить изъ Петербурга въ Москву. Наша помолвка была объявлена.
Мы побывали, съ невестой, въ Троице–Серпевской лавре. И тутъ, во время молебна, такъ близко чувствовалось присутствiе живого преп. Серпя, что меня охватила жуть. То же самое особое единеше. Не даромъ батюшка направилъ насъ сюда. Настроеше было мое радостное. Вдругъ, получаю телеграмму въ Петербургъ, что батюшка очень серьезно заболелъ. Я тотчасъ же бросилъ дела, выехалъ въ Голутвинъ. Батюшка былъ плохъ. Онъ лежалъ на кровати; при моемъ приходе селъ, и меня посадилъ рядомъ съ собой, обнявъ рукой. Съ болыпимъ интересомъ онъ началъ меня разспрашивать о приготовлешяхъ къ свадьбе. «А были ли у преподобнаго Серпя?» Да, батюшка, были, и я ощущалъ трепетъ. «Ну, теперь, значить, все благословено, и вотъ черезъ три дня, на Благовещеше, пускай будетъ у васъ обручеше, а на красной горке свадьба, въ Петербурге. А после свадьбы первый визитъ ко мне». Тутъ онъ задумался, видимо чувствуя скорое приближеше смерти… И началъ говорить о благодати старчества… «Старцевъ называютъ прозорливцами, указывая темъ, что они могутъ видеть будущее: да, великая благодать дается старчеству, — это
