Я почувствовал, как в груди закипает гнев. Не удивительно, что Харрисон ударил. Удивительно, что так поздно. Он всегда безжалостен к конкурентам.
— Нам нужно срочно встретиться, — сказал я. — Собирайте всю команду в офисе через час. Нам предстоит разработать ответную стратегию.
— Я уже распорядился, — ответил Прескотт. — И связался с Розенбергом. Он будет через полчаса.
Я положил трубку и вернулся домой. Ирландец ждал меня, скрестив руки на груди, с выражением готовности на лице.
— Кажется, теперь у нас два фронта, Патрик, — сказал я, допивая остывший кофе. — Сальтис и Харрисон.
— «Когда волки воют с двух сторон, мудрый человек строит не одну крепость, а две», — задумчиво произнес О’Мэлли.
— Это твой Йейтс? — спросил я, натягивая пиджак.
— Нет, босс, — улыбнулся О’Мэлли. — Моя бабушка из Корка. У нее таких поговорок был целый мешок.
По дороге в офис я мысленно составлял план действий. Статья была хорошо продуманной атакой.
Достаточно конкретной, чтобы вызвать беспокойство у клиентов, но слишком туманной, чтобы подать в суд за клевету. Харрисон бил целенаправленно по самому ценному активу любой финансовой компании, по доверию.
Утренние улицы Нью-Йорка уже наполнялись людьми. Служащие спешили в офисы, продавцы газет выкрикивали заголовки, раздавался звон трамваев.
— Останови у газетного киоска, — попросил я О’Мэлли. — Нужно купить все финансовые издания, которые у них есть.
Выйдя из машины, я накупил дюжину газет, от Wall Street Journal до малотиражных финансовых бюллетеней. Нужно выяснить, насколько широко разошлась эта история.
Когда мы прибыли к зданию «Стерлинг Инвестментс», у входа уже собралась небольшая группа репортеров. Они бросились ко мне, как только я вышел из такси.
— Мистер Стерлинг! Что вы скажете о статье в «Chronicle»?
— Правда ли, что вы использовали инсайдерскую информацию?
— Некоторые ваши клиенты уже отказываются от сотрудничества. Как вы это прокомментируете?
О’Мэлли встал между мной и репортерами, создавая живой щит.
— Джентльмены, мистер Стерлинг сделает официальное заявление позже, — сказал он твердо. — Всю информацию вы получите на пресс-конференции.
В вестибюле здания нас встретил взволнованный Бейкер.
— Стерлинг! Ты видел? Эти ублюдки пытаются потопить нас, не успели мы даже открыться как следует!
— Видел, Чарльз, — я похлопал его по плечу. — Собирай всех в конференц-зале. У нас мало времени.
В лифте я перебирал газеты. К счастью, основная атака шла только через «Financial Chronicle». Остальные издания либо не подхватили историю, либо упомянули ее вскользь.
Когда я вошел в конференц-зал, там уже собралась почти вся команда. Прескотт стоял у окна, задумчиво глядя на панораму Манхэттена. Маркус Хендерсон нервно постукивал пальцами по столу. Сара Левински что-то быстро писала в блокноте. Розенберг, наш юрист, раскладывал бумаги.
— Доброе утро, — я положил стопку газет на стол. — Как видите, Харрисон решил нанести первый удар.
— Это подло даже для него, — покачал головой Прескотт. — Использовать свои связи в прессе, чтобы очернить конкурента без единого конкретного обвинения.
— Я проанализировала статью, — вступила Сара Левински. — Она построена исключительно на анонимных источниках и намеках. Ни одного факта, который можно было бы проверить или опровергнуть.
— Именно поэтому судебный иск был бы сложным и длительным делом, — добавил Розенберг, поправляя очки. — Мы можем подать, конечно, но это займет месяцы.
— А у нас нет месяцев, — я обвел взглядом присутствующих. — Каждый день молчания будет стоить нам клиентов и репутации. Нам нужен немедленный ответ.
— Какие варианты? — спросил Хендерсон.
— Три основных стратегии, — я подошел к доске и начал писать. — Первая. официальное опровержение через прессу. Вторая. Контратака с разоблачением собственных сомнительных методов Харрисона. Третья. Привлечение авторитетных союзников, которые публично поддержат нас.
— А что с клиентами? — спросил Бейкер. — Те, кто уже начал сомневаться?
— Я предлагаю разделить обязанности, — сказал я. — Прескотт займется самыми крупными клиентами, включая Вандербильта. Хендерсон возьмет на себя институциональных инвесторов. Бейкер и Левински — клиентов среднего уровня. О’Мэлли обеспечит безопасность офиса и коммуникаций.
— А вы? — спросил Прескотт.
— А я займусь прессой, — я улыбнулся. — И некоторыми специальными методами контратаки.
Раз удар нанесен со стороны прессы, у меня есть та, кто поможет ответить. После совещания я набрал номер Элизабет.
— Уильям! — воскликнула она, как только подняла трубку. — Я только что прочитала эту грязную статью. Я знаю, кто за этим стоит и как им ответить!
— Отлично, — сказал я и беззвучно похлопал. — Думаю, у нас появился неожиданный, но очень ценный союзник.
— Автор статьи Реджинальд Паркер, — взволнованно сказала Элизабет, не обращая внимания на мою иронию. — Он марионетка Харрисона уже много лет. Публикует все, что ему скажут, в обмен на эксклюзивы. У меня есть на него компромат.
— Что именно? — спросил я.
