Босс, я не специалист по военным операциям, но кое-что показалось странным, — О’Мэлли задумчиво покачал головой. — Как говорил старый добрый Йейтс: «Все рушится; центр не выдерживает». Все рушится, и что-то мне подсказывает, что сегодня мы стали свидетелями не просто нападения, а начала конца старого порядка.
— Ты это о чем?
— Слишком много удачных совпадений для нападавших. Словно они знали точное расположение охраны, время смены, даже где хранится самый дорогой товар.
— Хорошее наблюдение. Что еще?
— Анастасия опытный боец. Но сегодня он действовал как новичок. Плохие позиции, запоздалые команды, неэффективное использование людей.
Я кивнул. О’Мэлли был не только преданным телохранителем, но и наблюдательным человеком. Его военный опыт позволял видеть тактические ошибки.
— Патрик, запомни сегодняшний день. То, что мы видели, изменит расстановку сил в Синдикате. И нам нужно быть готовыми к переменам.
Мы вернулись в офис около полудня. Мисс Говард встретила меня с озабоченным выражением лица:
— Мистер Стерлинг, вас срочно разыскивает мистер Прескотт. Звонил три раза за последний час.
— Соедините меня с ним немедленно, — сказал я, проходя в кабинет.
Через минуту в трубке раздался взволнованный голос Чарльза Прескотта:
— Уильям, наконец-то! У нас проблемы. Серьезные проблемы.
— Что случилось, Чарльз?
— Утром в «New York World» вышла статья Элизабет Кларк. Заголовок «Тайные связи Continental Trust с европейскими банкирами». Она раскрыла все — коррупцию в банковском надзоре, подкуп чиновников, связи с европейскими финансистами.
Я почувствовал, как холодеет кровь. Элизабет опубликовала материал под своим именем, не дождавшись моего плана по перенаправлению обвинений на «Herald Tribune». Я не успел из-за войн мафии.
— Насколько подробно она все описала?
— Очень подробно. Имена, даты, суммы переводов. У нее есть документы, которые я никогда не видел. Откуда она их взяла?
— Это неважно. Какова реакция?
— Continental Trust уже подала иск о клевете против газеты и лично против мисс Кларк. Они требуют миллион долларов компенсации и публичных извинений.
— А что говорят в банковском надзоре?
— Молчат. Но я слышал, что начинается внутреннее расследование. Уильям, я слышал, ты с ней знаком. Надеюсь, это не коснется нашей фирмы? Если хотя бы половина обвинений подтвердится…
Прескотт не закончил фразу, но и так было понятно. Если обвинения подтвердятся, Continental Trust окажется в центре крупнейшего финансового скандала десятилетия.
— Спасибо за информацию. Я свяжусь с вами позже.
Я положил трубку и откинулся в кресле. План защиты Элизабет провалился, но, возможно, это даже к лучшему. Прямая атака часто эффективнее обходных маневров.
Теперь Continental Trust придется защищаться на два фронта, против обвинений в прессе и против возможного правительственного расследования. А я получу время для подготовки контрудара.
За окном начал накрапывать дождь, смывая последние остатки снега. Кастелламарская война началась поджогом склада. Война с Continental Trust — публикацией газетной статьи.
И в обеих войнах мне предстояло играть ключевую роль.
Я проснулся в половине седьмого утра под дробный стук мокрого снега, бьющего по окнам моего дома. За последние двадцать четыре часа ситуация в Нью-Йорке изменилась кардинально. Война Кастелламмарского клана с семьей Массерии и, в конечном счете, с Синдикатом, больше не была тайной игрой, она перешла в открытую фазу.
В ванной комнате, брея лицо никелированной бритвой, я обдумывал предстоящий день. Как казначею Синдиката, мне предстояло координировать финансовое обеспечение военных операций, задача, которая в мирное время казалась абстрактной, а теперь требовала конкретных решений каждый час.
Двести тысяч долларов в месяц на ведение полномасштабных боевых действий. Колоссальная сумма даже по меркам организованной преступности.
Каждый доллар следовало распределить с хирургической точностью: оружие и боеприпасы, взятки полицейским участкам Манхэттена и Бруклина, компенсации семьям погибших, оплата услуг надежных докторов, которые лечили раненых без лишних вопросов.
За завтраком, яичница с беконом, тосты и крепкий кофе, я изучил сводки, которые О’Мэлли принес на рассвете. Мой верный ирландец практически не спал всю ночь, координируя сбор информации через нашу сеть информаторов. Кстати, Винни я отправил на особое задание. Ждал от него вестей позже.
— Босс, — сказал О’Мэлли, разливая кофе из серебряного кофейника, — ночью случилось два инцидента. В половине первого группа неизвестных обстреляла склад Профачи на Ред-Хук. Повреждения незначительные, жертв нет, но послание ясное.
— А второй инцидент?
— В три утра полиция обнаружила тело Винченцо Терранова в автомобиле на Ист-Сайде. Три огнестрельных ранения в голову. Профессиональная работа.
