— Я записал все детали. Время встречи, имена участников, даже то, что они заказывали на ужин. Лучиано предпочитает красное вино, а Анастасия — виски с содовой.
О’Мэлли встал с кресла и подошел к окну:
— Босс, если эта информация точна, мы имеем дело с серьезным заговором. Лучиано готовит переворот в семье Массерии.
— Не только в семье, — поправил я. — Если Массерию убьют, это изменит всю структуру власти в Синдикате. Лучиано станет новым боссом боссов, а это означает кардинальные перемены в наших отношениях.
Винни кивнул:
— Валачи также слышал упоминание о Марранцано. Лучиано говорил, что «старый сицилиец» уже согласился на новые условия игры.
Теперь картина прояснилась окончательно. Лучиано заключил тайное соглашение с Марранцано. Формально враждующие стороны объединились против общего противника — Массерии. После его устранения они могли спокойно поделить сферы влияния.
Я встал из-за стола и подошел к сейфу, стоявшему в углу кабинета. Покрутив диск замка, извлек из стального ящика бутылку шотландского виски и три стакана. Нам предстоял серьезный разговор.
— Джентльмены, — сказал я, наливая виски, — перед нами моральная дилемма исторического масштаба.
О’Мэлли взял стакан, налил виски и сделал небольшой глоток:
— Предупредить Массерию или позволить событиям развиваться своим чередом?
— Именно. С одной стороны, Джо Босс доверяет мне и считает союзником. Я должен предупредить его о заговоре. С другой стороны, устранение Массерии может принести долгосрочные выгоды всей организации.
Винни покрутил стакан в руках, наблюдая, как виски играет на свету:
— Босс, позвольте взгляд простого солдата. Во Франции у нас был генерал по фамилии Маршан. Храбрый офицер, но застрял в тактике позапрошлого века. Посылал пехоту в лобовые атаки против немецких пулеметов. Много хороших парней полегло из-за его упрямства.
— К чему ты ведешь?
— Однажды в штабе произошла «случайность». Генерал получил неточные карты и попал под артобстрел. Его заменили молодым полковником, который использовал современную тактику. Потери сократились в разы. — Винни сделал глоток виски. — Иногда смерть одного человека спасает сотни других.
О’Мэлли нахмурился:
— Винни, ты сравниваешь военные действия с убийством в мирное время.
— В нашем бизнесе нет мирного времени, — возразил Коротышка. — Есть только периоды между войнами. А Массерия готовит большую войну против Марранцано, которая унесет десятки жизней.
Я вернулся к столу и сел, обдумывая аргументы обеих сторон. Винни говорил правильно, Массерия действительно планировал масштабные военные действия против сицилийцев. Но О’Мэлли тоже был прав, подчеркивая моральную сторону вопроса.
— Есть еще один аспект, — сказал я наконец. — Предупредив Массерию, мы раскроем свою осведомленность о планах Лучиано. Это поставит под угрозу будущие источники информации.
— А также нашу безопасность, — добавил О’Мэлли. — Лучиано не простит предательство.
Винни поставил пустой стакан на стол:
— Босс, можно вопрос? Вы уверены, что Массерия останется нашим союзником, если узнает о заговоре? Старые сицилийцы не любят тех, кто знает их секреты.
Я задумался. Действительно, предупреждение Массерии могло создать новые проблемы. Джо Босс мог начать подозревать, что у меня слишком хорошие источники информации в его собственной организации.
— Кроме того, — продолжал Винни, — подумайте о будущем Синдиката. Лучиано современный человек. Он понимает важность финансовых операций, готов к сотрудничеству с банкирами и политиками. Массерия застрял в прошлом веке.
— Но Лучиано также более непредсказуем, — возразил О’Мэлли. — Массерия консервативен, но надежен в соглашениях. С ним можно договориться и быть уверенным, что он выполнит обещания.
Зимнее солнце клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени через венецианские жалюзи. Время принятия решения приближалось. Если я собирался предупредить Массерию, нужно делать это немедленно.
— Винни, — спросил я, — когда планируется акция против Массерии?
— Валачи слышал упоминание о завтрашнем вечере. Массерия собирается ужинать в «Нуова Вилла Таммаро» с несколькими помощниками. Лучиано тоже будет там.
— Классический ход, — пробормотал О’Мэлли. — Устранить жертву в присутствии будущего преемника, чтобы исключить подозрения.
Я встал и подошел к окну, глядя на заполненную автомобилями Уолл-стрит. Десятки людей спешили по своим делам.
— Джентльмены, — сказал я наконец, поворачиваясь к компаньонам, — я принял решение.
О’Мэлли и Винни напряженно смотрели на меня, ожидая вердикта.
— Мы не вмешиваемся в происходящее. Позволяем истории идти своим чередом.
— Вы уверены, босс? — тихо спросил О’Мэлли.
— Да. Массерия обречен, независимо от наших действий. Его методы устарели, а амбиции превышают возможности. Рано или поздно кто-то из молодых капо сместит его. Лучше, чтобы это сделал Лучиано, с которым мы можем найти общий язык.
Винни кивнул одобрительно:
— Мудрое решение, босс. Иногда лучший ход — не делать хода вообще.
