В десять утра ровно в мой кабинет вошел Джон Д. Роквуд в сопровождении двух помощников. Нефтяной магнат выглядел как всегда безупречно: высокий, худощавый мужчина лет шестидесяти с аскетичным лицом и пронзительными серыми глазами. Его черный костюм от лучшего портного с Пятой авеню был строг и элегантен, а платиновая цепочка карманных часов была единственным намеком на колоссальное состояние. Несмотря на богатство, Роквуд отличался личной скромностью, что проявлялось даже в его манере держаться.
— Уильям, — сказал он, снимая черное пальто с меховым воротником, — надеюсь, вы готовы к серьезному разговору.
Его первый помощник, Чарльз Уитмен, элегантный мужчина средних лет с тщательно зачесанными седыми волосами, поставил на стол кожаный портфель и достал папку с документами. Второй спутник, молодой человек в очках по имени Джеральд Кларксон, устроился у окна с блокнотом для записей.
— Мистер Роквуд, — ответил я, указывая на кресла перед столом, — всегда готов обсуждать взаимовыгодные проекты. Томас, — обратился я к Эллиотту, — прошу организовать нам кофе и полную конфиденциальность.
О’Мэлли незаметно кивнул и вышел из кабинета, чтобы обеспечить безопасность переговоров. Охранники сидели в коридоре, их присутствие было незаметным, но надежным.
Роквуд сел, скрестив ноги, и внимательно посмотрел мне в глаза:
— Уильям, скажу прямо. У меня есть три миллиона двести тысяч долларов наличными, которые нужно разместить немедленно. Операции в Техасе и Оклахоме требуют быстрого финансирования, а традиционные банки связаны бюрократической волокитой и очень медлительны.
Уитмен открыл папку и разложил на столе карты нефтяных месторождений, помеченные красными кружками:
— Мистер Стерлинг, речь идет о приобретении земельных участков общей площадью восемьдесят семь тысяч акров в перспективных районах. Геологическая разведка показывает залежи, сравнимые с Спиндлтопом.
Я изучил карты, отмечая стратегически важные участки вдоль железнодорожных веток. Знание будущего подсказывало, что именно эти районы станут центрами нефтедобычи в тридцатые годы.
— Какие условия размещения вы предлагаете? — спросил я.
— Депозитные сертификаты на восемнадцать месяцев под семь процентов годовых, — ответил Роквуд. — Плюс кредитная линия до двух миллионов для операционных расходов под восемь с половиной процентов.
Условия были более чем привлекательными. Семь процентов по депозитам выше рыночной ставки, но для банка это означало стабильное финансирование крупных проектов.
— Мистер Роквуд, — сказал я, наливая кофе из серебряного кофейника, — ваше предложение интересно. Но у меня есть встречное условие.
Нефтяной магнат приподнял бровь:
— Слушаю.
— Merchants Farmers Bank становится эксклюзивным банком-партнером для всех ваших нефтяных операций на Восточном побережье. Расчеты с подрядчиками, зарплатные проекты, международные переводы — все через нас.
Роквуд обменялся взглядом с Уитменом, затем медленно кивнул:
— Согласен. Но при условии, что ваш банк откроет специализированное подразделение для обслуживания нефтяной отрасли. Мне нужны люди, понимающие специфику бизнеса.
— Разумно, — согласился я. — Томас, — обратился я к Эллиотту, — готовьте документы на размещение трех миллионов двухсот тысяч долларов. И начинайте подбор специалистов для нефтяного департамента.
В этот момент зазвонил телефон. Эллиотт снял трубку:
— Merchants Farmers Bank, Томас Эллиотт… Да, мистер Стерлинг на месте… Одну минуту.
Он прикрыл трубку рукой:
— Сэр, звонит представитель Говарда Милнера-младшего из Акрона. Просит об срочном размещении средств.
— Соедините, — кивнул я.
Голос из Акрона звучал взволнованно:
— Мистер Стерлинг, Джордж Хэмилтон, финансовый директор Akron Rubber Works. Мистер Милнер поручил мне связаться с вами немедленно. Мы готовы перевести к вам четыреста восемьдесят пять тысяч долларов для расширения каучукового производства.
— Какие условия? — спросил я, записывая цифры на блокноте.
— Срочный депозит на год под шесть с половиной процентов плюс кредитная линия до восьмисот тысяч для закупки немецкого оборудования Buna-N. Нам нужно действовать быстро, пока конкуренты не перехватили немецкие технологии.
Роквуд с интересом слушал разговор. Каучуковая промышленность была тесно связана с нефтехимией, и сотрудничество могло быть взаимовыгодным.
— Мистер Хэмилтон, — ответил я, — условия приемлемы. Документы будут готовы к концу дня. Переводите средства через First National Bank of Ohio.
Положив трубку, я обернулся к Роквуду:
— Как видите, репутация надежного банка работает быстрее рекламы.
Не успел я закончить фразу, как О’Мэлли осторожно постучал в дверь и вошел с конвертом:
— Босс, курьер от Вандербильтов. Срочное сообщение.
Я вскрыл конверт с монограммой знаменитой династии. Внутри был официальный бланк Vanderbilt Holdings с элегантным почерком:
