— Господа, — начал Лучиано, наливая виски в стаканы, — ситуация критическая. Марранцано продолжит убивать. У него профессиональные убийцы, фанатично преданные старым традициям. Против них не помогут ни переговоры, ни дипломатия. Мы все в его черном списке.
Он достал из внутреннего кармана сложенную газету и развернул ее на столе. Заголовок гласил: «Война на улицах Нью-Йорка: пять убийств за неделю».
— Вчера убили Джонни Риццо в Бронксе. Позавчера Фрэнка Коломбо в Квинсе. Оба мои люди, оба застрелены на глазах у свидетелей. Марранцано показывает, что может дотянуться до любого из нас.
Лански поправил очки и достал записную книжку в кожаном переплете:
— По моим подсчетам, у Марранцано сейчас около восьмидесяти активных бойцов. Плюс поддержка от трех семей в Бостоне, Филадельфии и Питтсбурге. Общая численность примерно сто пятьдесят человек. И он не остановится на этом.
— А у нас? — спросил я.
— Моя группа тридцать два человека, — ответил Лучиано. — У Мейера двадцать пять. У Багси восемнадцать. У Альберта сорок, но они в основном контролируют доки.
Анастасия залпом допил виски и поставил стакан на стол с глухим стуком:
— Итого сто пятнадцать против ста пятидесяти. Но это только числа. На самом деле многие из наших людей не готовы к настоящей войне. Марранцано же привлек профессиональных убийц.
Я открыл портфель и достал папку с финансовыми документами:
— Господа, у меня есть предложение. Нам нужно активировать операции против Марранцано.
— И что же вы предлагаете? — спросил Лански.
— Координацию действий. Единое командование. Никаких самодеятельных акций без согласования, — ответил я твердо. — И главное никаких случайных жертв среди гражданских. Мы воюем с Марранцано, а не с жителями Нью-Йорка.
Сигель оживленно наклонился вперед:
— А что с оружием? Автоматы Thompson стоят по тысяче долларов за штуку, плюс к ним еще боеприпасы.
— Двадцать автоматов Thompson M1928, сто винтовок Springfield, пятьсот револьверов различных калибров, — зачитал я из списка. — Плюс пятьдесят тысяч патронов и взрывчатка для диверсий. Все это я готов предоставить.
Лучиано внимательно изучал цифры:
— Уильям, это арсенал на небольшую армию. Откуда такие возможности?
Анастасия ударил кулаком по столу:
— Мне нравится! Наконец-то у нас будет преимущество в огневой мощи.
— Но это еще не все, — продолжил я. — Я создаю систему европейских подставных компаний для отмывания ваших денег. «European Shipping» в Амстердаме, «Mediterranean Trading» в Марселе, «Alpine Investments» в Цюрихе. Все доходы от операций можно будет легализовать через европейские банки.
Лански снял очки и протер их носовым платком:
— Революционный подход. Это позволит нам создать международную финансовую сеть, независимую от американских банков.
— И наконец, — добавил я, — финансовое удушение империи Марранцано. Я уже договорился с тремя банками о заморозке его счетов и отзыве кредитов. Без денег его армия долго не продержится.
Лучиано отложил документы и посмотрел мне в глаза:
— Лучиано не забывает услуг. Если ваш план сработает, вы всегда будете желанным партнером нашей организации.
— Есть еще одна проблема, — вмешался Лански. — Нам нужны профессиональные убийцы, незнакомые людям Марранцано. Я могу привлечь людей из Детройта и Чикаго, но это будет стоить дополнительных денег.
— Сколько? — спросил я.
— Пятьдесят тысяч за команду из десяти человек. Плюс расходы на транспорт и проживание.
— Согласен. Но при условии, что они будут действовать только по нашим планам.
Сигель залпом допил виски, его глаза загорелись предвкушением:
— Когда начинаем? Мне уже надоело прятаться как крысе в подвале.
— Через две недели, — ответил Лучиано. — Нужно время на подготовку и координацию. Мейер разработает детальный план операции, Альберт создаст разведывательную сеть в доках для отслеживания перемещений сицилийцев.
Анастасия кивнул:
— У меня есть люди во всех портовых профсоюзах. Ни один корабль с Сицилии не сможет разгрузиться без моего ведома.
Часы на каминной полке пробили половину третьего. За окнами Литл-Итали царила мертвая тишина, только изредка проезжал редкий автомобиль, освещая фонарями мокрые мостовые.
Я встал и протянул руку Лучиано:
— Господа, у нас есть основа для союза. Этот старик думает, что может нас всех под монастырь подвести. Но вряд ли у него получится.
Девять утра следующего дня. Свет ламп освещал поверхность стола из красного дерева, на котором были разложены стопки документов, карт и телеграмм. Атмосфера была деловой, почти военной, это командный пункт финансовой империи, которой предстояло управлять на расстоянии. Окна плотно занавешены, чтобы избежать обстрела.
За круглым столом для совещаний, установленным у камина, сидели трое моих доверенных людей. Томас Эллиотт, управляющий банком, аккуратно складывал в кожаный портфель зашифрованные инструкции. Его обычно спокойное лицо выражало сосредоточенность человека, на плечи которого легла огромная ответственность.
