— Уильям, если вы сможете опровергнуть газетные публикации, если докажете, что это дезинформация… тогда мы вернемся к работе. Но пока ваша репутация не восстановлена…
— Пока я остаюсь нежелательным для любого федерального ведомства, — закончил я его мысль.
— К сожалению, да, — кивнул Айвс. — Уильям, я ничего не имею лично против вас. Мы эффективно сотрудничали, ваша информация помогла нам в десятках операций. Но после таких публикаций…
Уилмер сочувственно покачал головой:
— Любое наше взаимодействие с вами теперь может быть истолковано как компромат и коррупция. Министерство не может себе этого позволить.
Я поднялся, понимая бесполезность дальнейших уговоров:
— Значит, Морган выиграл. Одним ударом он разрушил наше сотрудничество и остановил операцию против Альянса.
— Временно остановил, — поправил Айвс. — Если ситуация изменится…
— Если я сумею очистить свою репутацию и доказать, что публикации это ложь, — понял я.
Айвс встал и подошел к сейфу:
— Уильям, у меня есть для вас кое-что. Неофициально.
Он достал из сейфа конверт и протянул мне:
— Перехваченная телеграмма из Цюриха в Лондон. Пришла сегодня утром.
Я вскрыл конверт и прочитал короткое сообщение: «Операция „Очернение“ выполнена успешно. Стерлинг нейтрализован. Переходим к фазе два, зачистка союзников. Морган.»
— «Фаза два», — повторил я. — Значит, это только начало.
— Похоже на то, — мрачно кивнул Уилмер. — Морган планирует добить всех ваших союзников.
Айвс проводил меня до двери:
— Уильям, будьте осторожны. И если найдете способ доказать свою невиновность, мы будем ждать.
Выходя из федерального здания, я чувствовал, как последняя надежда на помощь правительства растворяется в утреннем воздухе. Секретная служба, с которой мы готовили сокрушительный удар по Альянсу, теперь считала меня персоной нон грата.
Операция «Правосудие-2», которая должна была стать моим триумфом над Морганом, приостановлена на неопределенный срок.
После неудачи в Секретной службе я понимал, что визит в прокуратуру будет еще более болезненным. Но терять нечего, нужно выяснить, остались ли у меня хоть какие-то союзники в федеральных структурах.
Возвращение к машине потребовало особой осторожности. О’Мэлли ждал в двух кварталах от федерального здания, но я заметил, что за мной следят. Двое мужчин в серых пальто держались на расстоянии, но слишком синхронно поворачивали за углы.
Пришлось воспользоваться старым трюком. Я зашел в универмаг Фуллертона через главный вход, прошел к отделу мужской одежды, затем через служебную дверь попал в подсобку и вышел через черный ход в переулок. Слежка осталась ждать у главного входа.
— Босс, — О’Мэлли покачал головой, едва я сел в машину, — по лицу вижу, что новости плохие.
Мартинс завел мотор. Я смотрел в окно:
— Хуже некуда, Патрик. Операция «Правосудие-2» приостановлена. Столько усилий и месяцы работы псу под хвост.
— А теперь куда?
— В прокуратуру. К Джеймсу Макриди. Может быть, его отдел окажется менее принципиальным.
Но сначала нужно снова изменить внешность. Мы заехали в безопасный дом на Гранд-стрит, где Маллоу уже приготовил новый комплект одежды. На этот раз костюм провинциального адвоката: коричневый твид с залатанными локтями, жилет с цепочкой для часов, накладная седая борода и очки в роговой оправе.
— Теперь вы похожи на юриста из Буффало, — одобрительно кивнул Маллоу. — Такие каждый день ходят в федеральные учреждения по рутинным делам.
Прокуратура располагалась в том же здании на Фоли-сквер, но в южном крыле. Помощник прокурора Джеймс Макриди работал на пятом этаже, в отделе по борьбе с экономическими преступлениями. Молодой амбициозный юрист из Гарварда, который когда-то помог мне с делом Continental Trust, а потом с энтузиазмом подключился к нашим планам по разгрому Альянса.
Секретарша, пожилая женщина с седыми волосами, собранными в тугой пучок, проверила мои документы:
— Мистер Уилкинс из юридической фирмы «Смит, Джонс энд партнерс»? У вас назначена встреча?
— По поводу дела министерства финансов против банка из Олбани, — ответил я, стараясь говорить с провинциальным акцентом. — Мистер Макриди ожидает дополнительные материалы.
Через несколько минут я уже сидел в знакомом кабинете с видом на ратушу. Макриди встретил меня стоя, но не подошел для приветствия. Его обычная дружелюбность сменилась официальной холодностью.
— Мистер… Уилкинс? — Он посмотрел на мои документы. — Хотя, полагаю, мне следует обращаться к вам по настоящему имени, мистер Стерлинг.
Я снял накладную бороду:
— Джеймс, нам нужно поговорить. Серьезно поговорить.
Макриди остался стоять, скрестив руки на груди:
— Мистер Стерлинг, после вчерашних публикаций я вынужден сообщить вам прискорбную новость. Генеральная прокуратура рассматривает возможность возбуждения уголовного дела против вас, по фактам, изложенным в прессе.
Удар был ожидаемым, но все равно болезненным:
— Джеймс, мы ведь готовили дело против Альянса. Все уже у нас в руках. У нас есть доказательства их преступной деятельности…
