— Нет. Если бы он вернулся, то мы точно знали бы. Ведь он собирался оставить остальные камни у священного камня, где они набирают силу.
— Как их забрать?
— Нужно сильно нажать на камень и тогда они сами выпадут из-под него. Только не говори ничего Абанге, — робко попросил Шамудах.
— Не бойся. Когда мы доберёмся до него, я тебе обещаю: больше вы не будете зависеть от подлеца. Говори, как нам попасть к огненному народу.
— Вам нужно вернуться в самое начало подземелья, к развилке. Одна дорога ведёт к нам, а тёмный тоннель выведет вас к огненному народу.
— Что же, спасибо и на этом. Да не дрейфь ты, правитель. Всё будет о’кей.
И хлопнул Шамудаха по плечу, а он от неожиданности сел на пол. Оставив обескураженного главу подземного мира в мастерской, отправились на выход. По пути прихватили несколько факелов, вышли в зал, где находился тот самый священный камень. Он светился ровным, неярким светом. Я нажал на него, в результате камень действительно немного подался вниз, а сбоку, в пьедестале, открылись ниши. Оозорван вытащил оттуда четыре камня:
— Вот они, Влад.
Я осмотрел их. Камни, как камни, ничего особенного. Неужели это те, что были у Абанги, неужели, хитрый и подлый карлик мог оставить вот так, без охраны, своё могущество? Скорее всего, он действительно поверил, что мы погибли. Иначе, не оставил бы их здесь, так как знал, что в ином случае я пойду за ним. Ладно, имеем, что имеем, нужно забрать их с собой.
Одинокий Охотник сложил камни в небольшую сумку, висевшую у него за плечами. Мы зажгли один факел, прошли немного, свернули в тёмный коридор. В темноте свет выхватывал изъеденные влагой известняковые стены да неровный, в ямках и выбоинах, глиняный пол. Сводчатый потолок усеивали какие-то шишки. Когда же Оозорван приподнял факел к потолку, шишки начали рассыпаться и разлетаться. Это оказались вовсе не шишки, а мелкие насекомые, тёмно-коричневого цвета, нечто, вроде наших мух. Растревоженные местные мухи усиленно загудели, пытаясь, напасть на обидчиков. Пришлось зажечь ещё один факел, чтобы отбиваться от насекомых. Прежде чем мы их отпугнули, несколько бестий успело ужалить меня в лицо и руку. После этого укушенные места стали нестерпимо жечь. Пришлось остановиться и снова воспользоваться ценным подарком Астайана. Мазь помогла, жжение утихло, но мне пришлось с грустью констатировать, что чудодейственного снадобья осталось лишь на дне. Тем временем, мы шли дальше и, спустя какое-то время, тоннель вывел к чёрному, диаметром около двух-трёх метров, колодцу. Дальше дорога обрывалась, за колодцем тоннель заканчивался глухой стеной.
— Что будем делать? Может, этот негодяй отправил нас по ложному следу? — Оозорван повертел факелом, стараясь отыскать хоть какую-то дыру, но тщетно.
— Даже не знаю. Но, думаю, вряд ли, — я устало присел и попытался заглянуть в колодец. Оттуда пахнуло свежестью. — Странно, колодец в подземелье, а не пахнет из него затхлым воздухом. Отчего бы это?
Мой друг также принюхался.
— Да, ты прав. Чувствую запах свежей воды, запах, я бы сказал, реки.
— И как это объяснить?
— Наверное, там, внизу, какая-то река, — пожал плечами Одинокий Охотник.
— Что же будем делать? Не возвращаться же назад.
— Слушай, Влад! — Оозорван вдруг подскочил. — А если этот колодец действует по тому же принципу, что и в Нижнем мире?
— Это идея, — я поднялся и попробовал ногой пустоту. Действительно, она пружинила, нога не провалилась туда. — Ты молодец, дружище. Попутешествовал со мною — и вот результат, соображаешь лучше меня. Давай, становись, будем идти дальше.
Одинокий Охотник встал рядом со мною на чёрную пустоту. Несколько мгновений мы стояли неподвижно, затем провалились, нас понесло так быстро, что стало не по себе. Оозорван схватился за меня. Представляю, каково ему, если мне страшновато. Под ногами значительно посветлело, мы свалились на сухой жёлтый песок. Поднявшись на ноги, отряхнулись и осмотрелись вокруг. Прямо перед нами бурлила белой пеной узкая быстрая речушка. Вода падала с тёмной, покрытой ярко-красными водорослями, скалы и устремлялась дальше, скрываясь среди нагромождения камней. Сзади, за нашими спинами, всё пространство закрывали горы — невысокие, с пологими склонами и кучами валунов. Оттуда, из-за гор, исходило сияние. Оозорван с удивлением рассматривал скалы, камни и валуны: для него всё это было в диковинку. Глядя на бегущую воду, почувствовал, как меня мучит жажда. Наклонившись, зачерпнул ладонями из реки. Вода оказалась точно такой же, как и у нас: холодной, сводившей зубы, необычайно свежей и вкусной. Друг последовал моему примеру. Утолив жажду, он спросил:
— Куда дальше?
— В воду, думаю, мы не полезем, а вот в горы — придётся. Больше здесь никаких тропинок не наблюдается.
