Все твердили о том, что Рэйчел спасла деревню. На самом деле от пыли нас защитили лианы, которые она культивировала. Непонятно, как это возможно, но объяснений никто и не требовал. Деревня жива, и этого достаточно. Теперь к Рэйчел начали относиться с особым пиететом. Говорили, что она может спасти весь мир.
Мне от таких слов было как-то не по себе. Я помнила, как холодно о ней отзывалась Чису. Неужели Рэйчел и правда проводит эксперименты, чтобы избавить землю от пыли? Но почему тогда она никогда не выходит из оранжереи? А если дело вовсе не в этом? По-видимому, секреты Рэйчел знала только Чису.
Ураган миновал, а лиана все росла и росла, и не собиралась замедляться. В деревне не осталось ни единого уголка, куда бы она не добралась. В отличие от сельскохозяйственных культур, которые мы выращивали на полях, это растение было диким. Чису обработала границы угодий и тропинки гербицидами, но это не остановило необыкновенную лиану.
Странность была в том, что буйное растение ни на сантиметр не выходило за границы леса. Как и продовольственные культуры, лиана не могла расти за его пределами. Она была одновременно агрессивной и осторожной.
– Почему лиана не разрастается за пределами леса? – спросила я.
– Этот лес священный, – ответила Хару.
– Но кто его освятил?
– Рэйчел.
Я не ожидала такое услышать. Неужели Рэйчел и правда использовала магию?
Лес изменился до неузнаваемости. Обвивающие мертвые черные деревья лианы окрасили его в загадочный оттенок зеленого – цвет, который можно было получить только при смешении красок. Мертвый лес покрылся новыми растениями.
Когда садилось солнце и наступала темнота, лианы и почва под ними начинали светиться. В воздухе витала синяя пыль. Я сидела в кресле возле хижины Чису и любовалась этим невообразимым зрелищем.
Лес был словно неземной. Будто ненастоящий, нарисованный кем-то. Лиана захватила всю деревню – казалось, теперь она здесь хозяйка.
Это растение спровоцировало конфликт в деревне. Каждый раз, когда я ходила куда-то – с поручением или в зал собраний, – я слышала споры. Деревня разделилась на два лагеря: одни считали, что следует посадить лиану и за пределами леса, другие говорили, что это бесполезно.
– Мы должны обсудить с руководством купола проект спасения всего человечества. Любой поверит, если увидит это диковинное растение.
– Да. Двери купола были закрыты, потому что люди внутри не верили, что за его пределами есть жизнь. Но если мы им покажем, что это не так, они поменяют свое отношение.
Яростнее всех эту позицию отстаивала Дэни. Она считала, что под куполом не все люди безнадежные и кто-нибудь обязательно откликнется на их предложение.
– Они тоже в отчаянии. Разве у них есть выбор?
– А если эти растения там не приживутся? Вдруг они могут расти только в нашем лесу? Тогда эти негодяи отберут у нас Илим! – Шайен не разделяла мнение Дэни.
– Ты что, правда считаешь, что наш лес священный и эти лианы могут расти только здесь? Даже если и так, то в любом случае ученые из купола помогут разобраться в причине.
– Ты все еще веришь, что с ними можно иметь дело? Они проводили над нами эксперименты.
– Я лишь предлагаю провести с ними переговоры.
– Переговоры проводят с людьми. А там живут одни чудовища. Их отчаянное стремление выжить уничтожило в них все человеческое.
– Ты считаешь, что под куполом все такие? Значит, так и умрем здесь взаперти?
– Взаперти? Как в тюрьме? Мы сами сделали эту деревню пригодной для жизни.
– Но насколько ее хватит? Думаешь, навечно?
Я не могла понять, кто из них прав. Они слишком категорично воспринимали этот мир, без полутонов. Слишком громкими были слова о том, что мы должны спасти все человечество. Люди снаружи от нас отказались. Использовали и бросили. Разве можно наплевать на это и забыть? Почему после всего этого мы должны кого-то спасать?
Каждый раз, когда поднимался сильный ветер, между кронами густых деревьев появлялось синее свечение – непостижимо красивое и хрустально-хрупкое.
Чису принесла из оранжереи новые семена, и взрослые посадили их за границей леса. Дети помогали с катализаторами. Никто не знал наверняка, смогут ли растения там прижиться. Даже Чису. Но она не теряла надежды таким образом расширить территорию деревни.
Прошло почти две недели, но из земли не показался ни один росток. Прошел месяц – ничего.
Втайне от Дэни я спустилась к границе леса, заросшей буйной лианой. Вечером того же дня я пришла к хижине Чису. Горел свет, но хозяйки не было. Внутри я увидела лишь бегавшего по полу Барбариса.
– Привет, как твои дела? – спросила я.
Я присела и погладила его. Во рту у Бари я заметила записку. Когда робот чуть приоткрыл рот, она вывалилась на пол. Я подняла ее и прочитала: «Рэйчел, чего ты на самом деле хочешь?» На другой записке было написано: «Ответь, пожалуйста».
Я посмотрела на рабочий станок Чису. Все инструменты аккуратно лежали на своих местах.
Выйдя на улицу, я вдалеке увидела Чису. Она разговаривала с Рэйчел. Всего я не разобрала, но, по-видимому, Чису к чему-то ее призывала.
