Пока Чад взбирался по трапу в «Бульдог», перетаскивая две сумки с геологическими образцами в кабину, в его голове раз за разом прокручивалась беседа с Белым домом. Президент Соединенных Штатов назвал его по имени и пригласил в Белый дом!
Он положил камень, извлеченный из-под Лунохода, в пакет, обычно используемый для инструментов внутри кабины, и закрепил его под панелью ввода компьютера. Никто не знает, что камень там, кроме него. Потом Чад переместил две сумки на полки позади, а образцы – в прочные вакуумные контейнеры. Заклинил болторез внутри одной из пустых сумок, порадовавшись, что они как раз по ширине уместились. Застегнул ее, проверил, что космонавтка внизу и не видит, вышвырнул на поверхность.
Теперь займемся Люком и новым планом.
Хьюстон предложил кое-какие идеи по доставке тела на поверхность, но Чад решил им не следовать и все сделать просто. В советском скафандре, который был легче, Люк на Луне весил всего тридцать фунтов. Это будто пса средних размеров на руки поднять. Не вспотеешь.
Но он не хотел, чтобы в Хьюстоне за ним наблюдали.
Он переместил тело вперед по полу, пока ноги не высунулись из шлюза, потом потянулся и разомкнул цепь питания телекамеры. Согнувшись в три погибели, он протолкнул Люка наружу; когда руки мертвеца пролезли, он пронаблюдал, как тело валится с края шлюза и падает – трап немного помог его направить. Быстро слез сам и обнаружил Люка согнутым в куче у подножия. Светлана смотрела, как он выпрямляет тело и снова лезет в модуль, чтобы перезапустить телекамеру.
Джин Кранц нахмурился: телекартинка снова пропала. Он подождал, не обнаружит ли команда проблему, и собирался было уже нажать кнопку для переговоров, как изображение восстановилось. Он увидел две фигуры в скафандрах рядом с большой сумкой на поверхности. И не сразу понял, что это не сумка, а труп Люка в советском скафандре.
– Руководитель, это капком, телекамера снова вырубалась, но, как видите, уже все в порядке. Показатели в норме, действий не рекомендуем.
– Вас понял, капком, хорошо, что это во время телемоста с президентом не произошло.
Каз за пультом промолчал, но понял, что это было. На месте Чада он бы тоже не хотел, чтобы падающее кубарем из модуля тело попало в телетрансляцию.
Светлана удивленно пронаблюдала, как астронавт выталкивает тело в ее бывшем скафандре сквозь шлюз, и посторонилась, пока то, словно в замедленном повторе, летело по трапу. Может, американцы к таким вопросам менее придирчивы?
Чад поманил ее к мертвецу. Она искоса глянула на Землю в небесах: Советский Союз ушел из зоны видимости.
Она была предоставлена сама себе.
Светлана присоединилась к нему, они вместе подлезли под тело, подняли, косолапо переместились к тачке и водрузили Люка на нее лицом вверх, по диагонали.
Чад постучал Светлану по скафандру и указал на ноги Люка, свисавшие почти до поверхности. Жестом показал ей поправить их и обошел тачку, направляясь к ручке. Выдвинул, оглянулся и пошел. Мимо Лунохода.
К дыре. Там американцы желали теперь захоронить своего мертвого астронавта.
Темно-синий парадный мундир офицера ВМФ, стоявшего у двери ЦУПа, бросался в глаза, увесистые бронзовые пуговицы поблескивали при флуоресцентном освещении. Сопровождающие дождались, пока руководитель полета сделает им знак войти, и прошли следом за офицером к пульту Каза.
– Коммандер Земекис, лейтенант Пархэм, флотский капеллан, береговая охрана Галвестона.
Исполнив свои обязанности, сопровождающие кивнули, развернулись и вышли.
Капеллан извинительно улыбнулся, комкая под мышкой белую фуражку.
– На самом деле я младший лейтенант, сэр, – он указал на толстые и тонкие нарукавные полоски со стилизованным крестом.
Каз улыбнулся в ответ:
– Ничего страшного, отец, я тоже всего лишь лейтенант-коммандер. И зовите меня Каз. Спасибо, что так быстро смогли явиться. Вас проинформировали о том, чем мы занимаемся?
Пархэм кивнул:
– Для меня честь помогать вам.
Дж. У. подкатил дополнительное кресло от пульта медика, и Каз жестом пригласил капеллана садиться, подключив для него гарнитуру.
Каз посмотрел на часы, потом на телекартинку с двумя фигурами в скафандрах, удаляющимися к горизонту.
– Мы через пару минут начнем. Пожалуйста, проведите службу быстро, но без отклонений от ритуала.
Капеллан опять кивнул, вытащил из нагрудного кармана сложенные листы и разгладил их на поверхности пульта.
– Понял вас.
– Хьюстон, мы почти на краю, начинаем подготовку. – Голос Чада в наушниках звучал устало. Катить тачку с телом в скафандре оказалось утомительней, чем он предполагал, и пришлось несколько раз остановиться, поправляя груз.
