— Ну-с, это как вам будет угодно. Гипноз, как вы, знаете, это древнейший, но при этом едва ли не самый загадочный способ воздействия на человеческую психику. Несмотря на то что он практиковался на протяжении многих тысячелетий и при всём моём искреннем уважении к трудам профессора Павлова приходится признать, что даже сейчас мы не слишком далеко продвинулись в его изучении. Принято считать, что научный подход к изучению гипноза начался в девятнадцатом веке и был связан с именем легендарного аббата Фариа.
— Как! — изумился следователь. — Неужели это тот самый, из романа «Граф Монте Кристо»? Он являлся реальным историческим лицом?
— Совершенно верно, Макар Александрович, хотя господин Дюма изрядно изменил его биографию. На самом деле аббат Фариа был не итальянским прелатом, а португальским, поскольку родился в Велья-Гоа — это первая колония Португалии на индийской территории. Там же он закончил монастырскую школу, однако вместо духовного поприща возглавил антиколониальный заговор. Заговор был раскрыт, Фариа заковали в цепи и отправили в Лиссабон. Спустя три года он сумел бежать из тюрьмы и перебрался но Францию, где издал книгу о гипнозе, который он изучал в Индии. Книга имела большой успех, поскольку была написана с модных тогда материалистических позиций и отрицала участие в гипнозе каких-то сверхъестественных сил. Находясь во Франции, аббат не прекращал своей революционной деятельности, за что подвергся заключению в Бастилию. Мне не слишком хорошо известна его дальнейшая биография, поэтому упомяну лишь о том, что Фариа принимал активнейшее участие в событиях Великой французской революции, а умер тридцать лет спустя в одиночной камере знаменитого замка Иф.
— Любопытно-с!
— Да, любопытно, но вернёмся к нашей теме. Стоит сказать, что сам термин «гипноз» был предложен младшим современником аббата — английским хирургом Джеймсом Бредом. Что касается нашего с вами современника — профессора Павлова, — то, согласно его исследованиям, гипноз представляет собой частичный сон, возникающий в результате торможения только некоторых долей коры больших полушарий мозга. От непосредственно сна гипноз отличается тем, что, во-первых, наступает очень медленно, во-вторых, оставляет нетронутыми центры дыхания, сердцебиения и двигательной активности, благодаря чему человек в состоянии совершать внушённые ему поступки.
— А каковы непременные условия наступления гипнотического состояния?
— Их несколько. Для начала необходимо воздействие монотонных раздражителей, что вызывает утомление соответствующих органов чувств и развитие процессов торможения в связанных с ними зонах коры головного мозга. Для этого не обойтись без фиксации взора, монотонной речи гипнотизёра и всех этих знаменитых пассов руками. Затем должна последовать релаксация мышц — и это крайне обязательное условие. Сознательно напрягая мускулатуру, мы отгоняем от себя гипноз в той же мере, как и сон.
Далее, у гипнотизируемого должно сохраняться такое важнейшее свойство, как способность воспринимать звуковые сигналы во сне. Эта особенность сложилась у человека ещё в древнейшие времена, когда он должен был мгновенно просыпаться при первом же появлении звуков опасности. Да и сейчас любая мать, как бы не был крепок её сон, тут же проснётся от едва слышного плача своего ребёнка. Ну и, наконец, ещё одна особенность, также сохранившаяся у нас с первобытных времён. При ослаблении нервной системы в человеке просыпается бессознательная потребность в следовании за лидером, то есть возникает сильная внушаемость.
— Иначе говоря, это нечто вроде потребности в утешении и руководстве?
— Вы абсолютно верно уловили мою мысль, Макар Александрович. Мне осталось только упомянуть, что на данной стадии — кстати, профессор Павлов называет её «фазой внушения», — сильные раздражения окружающего мира воспринимаются хуже, чем слабые словесные воздействия. Именно благодаря этому гипнотизируемый слышит и выполняет приказы гипнотизёра. Кажется, у вас появился какой-то вопрос?
— Именно так, Анатолий Фёдорович. Какой тип людей больше других подвержен гипнотическим внушениям?
— О, на этот счёт даже проводились специальные исследования, хотя за их строго научную достоверность невозможно ручаться. Например, утверждается, что блондины, а также люди с чёрными и карими глазами поддаются гипнозу легче других. Ещё принято считать хорошими гипнотиками крупных, высоких, рыжеволосых мужчин, а уж если у них ещё очень влажные или очень сухие руки, то такие люди являются подлинным подарком для гипнотизёра и с ними можно вытворять что угодно. Хорошо гипнотизируются и мечтательные меланхолики или, напротив.
истерики, зато совершенно не поддаются гипнозу пьяные, старики или лица, страдающие тяжёлыми психическими заболеваниями.
— И это как-то можно объяснить?
