— Великий князь, — обратился Пётр Андреевич. — Все поддерживают ваши слова, я в том числе. С этого момента князь Феликс Феликсович Юсупов и великий князь Дмитрий Павлович больше не члены Ордена!
— Тогда решено! — Михаил Александрович задвинул стул. — Больше обсуждать нечего.
Охотники, переговариваясь шёпотом, начали покидать помещение. Пётр Андреевич и Михаил Александрович остались.
— Александр, что думаешь об убийстве Распутина? — спросил Берг. — Мне кажется, у Феликса были благие намерения, но действовал он необдуманно.
— Ничего не думаю, господин Берг, — уклончиво ответил Александр. — Время покажет, прав он был или нет.
Берг хотел спросить ещё что-то, но его перебил Михаил Александрович:
— Александр, прошу вас остаться. Мне нужно с вами поговорить.
«О чём? — подумал Александр, заволновавшись. — Вдруг великий князь знает об убийстве? Тогда откуда?»
— Ещё увидимся, мой друг, — попрощался Берг, пожав Александру руку, и удалился.
Пётр Андреевич тоже попрощался с великим князем и направился к выходу. Вслед за ним ушли и последние охотники. Михаил Александрович и Александр остались наедине.
— Присаживайтесь, — великий князь жестом пригласил Александра вернуться за стол. Тот сел, и Михаил Александрович продолжил:
— Не самое лучшее время, но этот разговор я и так слишком долго откладывал.
— Великий князь, что вы хотите сказать? — Александр нахмурился. — Не совсем вас понимаю.
— Разговор о вашем отце, — ответил Михаил Александрович. Он тяжело вздохнул и положил руку на живот. — Павел был моим хорошим другом. Да и мы с вами не чужие люди. — Он сделал паузу, испытывая боль в желудке, затем продолжил: — Сейчас мои слова, возможно, прозвучат неуместно, но я выражаю глубокие соболезнования в связи со смертью Павла Андреевича. Я хотел отправить вам письмо, но тогда был на фронте. Сначала было не до того, а потом стало слишком поздно.
Александр удивился. Великий князь явно нервничал, обсуждая тему, связанную с его отцом. Было заметно, что Михаил Александрович искренне разделяет боль утраты Павла Андреевича.
— Спасибо за ваши слова, — поблагодарил Александр. — Я продолжаю жить без отца. Он хотел, чтобы я был сильным. Но что за хворь вас тревожит?
— Жить буду, — улыбнулся Михаил Александрович, пытаясь снять напряжение. — На самом деле я попросил вас остаться не только для выражения соболезнований. Александр, вы ведь знаете, чем я занимался в Европе?
— Вы искали древние артефакты. Одна из ваших находок теперь у Кальвина Фогта в Германии.
— Верно! — Михаил Александрович слегка оживился. — И, как я понимаю, вас эта тема волнует не меньше, чем меня. Возможно, даже больше, чем монстры. В одном из последних писем ваш отец упоминал, что вы хотели присоединиться ко мне в этих поисках.
— Хотел, — признался Александр, печально взглянув на собеседника. — Но жизнь внесла свои коррективы… — Он коротко рассмеялся, добавляя: — Мы стараемся защищать людей от монстров, но и без монстров люди прекрасно справляются с убийствами друг друга.
— Хорошо сказано, — заметил Михаил Александрович. Разговор начал напоминать диалог равных. — Ваш отец думал так же. Жаль, что сейчас его нет с нами. Ваш дядя, конечно, придерживается более консервативного взгляда на миссию Ордена.
— А каков путь для Ордена видите вы? — заинтересовался Александр. — Если я правильно понял, вы говорите о новых методах охоты?
— Всё так! — глаза Михаила Александровича загорелись энтузиазмом. — Представьте, если древние артефакты окажутся в наших руках. Мы сможем стать сильнее любой твари! И я говорю не о том фрагменте, что я нашёл, а о настоящем оружии.
Александр заметил этот огонь в глазах Великого князя и на мгновение увидел в нём отражение своих собственных амбиций.
— О каких артефактах идёт речь?
— Например, о копье… Лонгина!
Александр сразу понял, о чём речь. Копьё Лонгина, или пика римского центуриона, которой он пронзил подреберье Христа, окружено множеством мифов. Согласно легендам, оно не только дарует своему владельцу невероятную силу, но и даёт доступ к тайным знаниям. Говорили, что до римского воина артефакт принадлежал одному из архангелов.
— Есть ли предположения, где оно может находиться?
— Долгое время оно переходило из рук в руки византийских правителей. После падения Константинополя артефакт скитался по Европе. Говорят, какое-то время он принадлежал Наполеону. Но затем его след затерялся где-то на территории нынешней Австро-Венгрии.
— Наша главная проблема сейчас — война, — заметил Александр.
Михаил Александрович с грустью кивнул:
— Да, пока об активных поисках можно только мечтать. Но это не значит, что в Ордене больше нет людей, которые поддерживают наши взгляды. Например, в Германии много единомышленников. Они, конечно, не очень нравятся Кальвину Фогту, но рано или поздно ему придётся с этим смириться. Я поддерживаю с ними связь. Если они что-то найдут, мы обязательно узнаем.
— Это прекрасно, — обрадовался Александр, откинувшись на спинку стула. — Но мне бы хотелось лично заняться поисками. Надеюсь, в будущем у нас появится такая возможность.