Он положил перчатку на стол и стал разглядывать её пристальным взглядом. На первый взгляд это была обычная тканевая перчатка, но выглядела она так, словно была сшита из тончайших золотых нитей. Ни узоров, ни швов, ни видимых следов человеческой работы. Удивительная вещь. Александр осторожно взял её в руки, ожидая какого-то откровения, но ничего не произошло. Того восторга, который он однажды испытал, прикоснувшись к ангельскому плащу под домом Ксении, эта перчатка не вызывала.
— Откуда в тебе такая сила? — пробормотал он вслух.
И тут в памяти вспыхнули последние секунды жизни Распутина. Его убили, как собаку, — пуля в голову. Но заслуживал ли он такой участи? Да и вообще, заслуживал ли её кто-то? Александр знал, что на этот вопрос у него никогда не будет ответа. Что сделал Распутин? Пытался предотвратить войну? Не получилось. Тогда он сделал всё, что мог, чтобы склонить императора вывести Россию из кровавого хаоса.
Александр невольно вспомнил отца, Павла Андреевича. Тот поступил бы так же. Но между ними и Распутиным была одна принципиальная разница: его отец был охотником, а Григорий — магом. Да, магом. Конечно, он наверняка знал множество древних заклинаний, разбирался в оккультных науках, но истинной силой, питавшей его, была именно эта странная золотая перчатка.
Александр не выдержал и надел перчатку на левую руку. В ту же секунду необъяснимая сила овладела им. Он почувствовал мощный прилив энергии и с удивлением осознал, что побитое тело начинает восстанавливаться. Царапины на правой руке исчезли, обветренная кожа на тыльной стороне рук стала гладкой и розовой, словно он помолодел на несколько лет.
Он сжал руку в кулак, ощутив невероятную мощь. Направив её на чернильницу, он сосредоточился, представив, как она трескается. Сосуд задрожал, будто от землетрясения, и Александр почувствовал, что ещё немного — и его воображение станет реальностью.
— Александр, ты вернулся? — раздался голос Ксении из коридора.
Александр вздрогнул, поспешно снял перчатку, завернул её в ткань и спрятал в ящике стола.
— Да, любовь моя! Я в кабинете! — крикнул он, стараясь скрыть волнение.
Дверь приоткрылась, и на пороге появилась сонная Ксения. Она укуталась в тёплое одеяло и выглядела уязвимой, как ребёнок.
— Как прошло собрание? Всё хорошо? Почему ты сразу не пришёл в кровать? Без тебя мне плохо спится.
— Всё в порядке, — успокоил Александр. Он быстро убрал наполовину выпитую бутылку коньяка в шкаф. — Просто захотелось немного выпить и посидеть в тишине. Иди ложись, я сейчас приду.
Ксения кивнула, зевнула и скрылась в спальне. Александр проводил её взглядом, затем снова посмотрел на ящик стола, где лежала перчатка. Мысли о ней не давали покоя. Он медленно провёл рукой по столу, но, встряхнув головой, будто стряхивая наваждение, потушил свет в кабинете и отправился следом за женой.
Раздевшись, Александр залез под одеяло, обнял Ксению и нежно поцеловал её в макушку.
— Спокойной ночи, моя любовь, — прошептал он.
Ксения оставалась для него единственным смыслом продолжать просыпаться по утрам.
Собрание Ордена проходило в одном из домов в центре Петрограда. В зале собралось множество охотников, большинство из которых были офицерами. Среди них присутствовал и Великий князь Михаил Александрович — невысокий мужчина тридцати семи лет, с короткими коричневыми волосами, гусарскими усами и голубыми глазами.
После начала войны император простил Михаила и позволил ему отправиться на фронт, где князь проявил себя как храбрый командир. Однако из-за проблем со здоровьем он был вынужден вернуться в Петроград к концу года, чтобы помогать Петру Андреевичу в делах Ордена. Однако на собрании не было заметно ни князя Феликса Юсупова, ни Великого князя Дмитрия Павловича.
Охотники сидели за длинным столом, обсуждая последние события. Многие из них курили прямо в помещении, что создавало удушливую атмосферу. Пётр Андреевич в это время завершал получение информации от городской полиции. Днём ранее под Петровским мостом было обнаружено тело Григория Распутина. Новость об убийстве старца вызвала смятение среди членов Ордена. Хотя многие скептически относились к его деятельности, было очевидно, что именно он оставался единственным, кто мог убедить императора выйти из войны, которая обескровливала страну. Теперь, когда Распутина не стало, будущее России стало ещё более туманным.
Александр сидел за столом, погружённый в мрачные мысли. Заговорщики не смогли как следует избавиться от тела старца. Они просто сбросили его в реку, и уже на следующий день прохожие обнаружили следы крови на парапете моста. Полиция, вытащившая тело из реки, быстро выяснила, что произошло. Александра раздражало, как плохо был продуман весь план. Он с трудом сдерживал свои эмоции, опасаясь, что его участие может вскрыться и привести к серьёзным последствиям.