— Всё будет хорошо, дочка. — Ксения присела на корточки, чтобы обнять её. — Мы обязательно ещё увидимся. Мы будем писать друг другу письма. Ты будешь писать?
— Я ещё плохо пишу…
— Папа тебе поможет, — ответила она с дрожью в голосе, крепче прижимая девочку к себе. — С ним тебе будет хорошо. В Германии у тебя будут друзья.
— Мне нужна ты, — всхлипнула Вера, цепляясь за её шею.
Ксения бросила жалобный взгляд на Александра. Он понял её без слов.
— Нам нужно идти, — тихо сказал он, с трудом сдерживая слёзы.
Александр аккуратно отцепил дочь от шеи матери, поднял её на руки и прижал к себе.
— Обещаю, она ни в чём не будет нуждаться!
Ксения улыбнулась сквозь слёзы.
— Пора, — подошёл Андрей.
— Дай нам минуту, — попросила Ксения.
Андрей кивнул, взял Веру из рук Александра и отошёл.
— Мы снова прощаемся… — понял Александр, глядя на лицо Ксении, на котором всё ещё были следы крови. — Я не хочу этого.
— Я тоже, — призналась она. — Но иначе нельзя. Прошу лишь об одном: пусть Вера будет счастлива. Прощай, любовь моя.
Она притянулась к нему, чтобы поцеловать. Они ещё не знали, что этот поцелуй станет для него последним на долгие годы.
— Мы обязательно ещё увидимся… — пообещала Ксения.
— Обязательно, — ответил Александр, вытирая слёзы рукавом, — Вера будет счастлива.
Он развернулся, взял чемодан и направился к дочери.
— Александр! — позвала Ксения. — Прошу, не позволяй Вере стать частью Ордена. Она не должна знать нашу жизнь. Научи её защищаться, дай ей знания, но не посвящай.
Александр остановился. Он снял с шеи кулон с гербом Ордена, переданный ему отцом перед смертью.
— Я хотел, чтобы он перешёл Вере, но, раз её жизнь не будет связана с Орденом, пусть оберегает тебя, — он надел кулон на шею Ксении. — Я люблю тебя и всегда буду любить.
— И я… — ответила она, снова обняв его.
Они ещё раз поцеловались и попрощались окончательно.
Александр обнял Андрея и крепко пожал ему руку.
— Береги Веру, — попросил Андрей. — Она — лучшее, что у нас есть.
— Мне жаль Сато…
— И мне.
Александр поднялся на борт шхуны с дочерью. Капитан, старый сгорбленный японец, спросил, можно ли отплывать. Александр кивнул.
Шхуна медленно отошла от берега, оставляя позади Хоккайдо — место, которое стало для Александра домом на три месяца.
Андрей и Ксения махали им вслед.
— Помаши маме, — предложил Александр дочке. — На прощание.
Вера, больше не плача, начала махать рукой, крепко держа своего красного медведя.
Александр тоже махал, но внезапно заметил, что золотая перчатка всё ещё была на его левой руке.
Прошло долгих пять лет с того момента, как Александр с дочерью покинули Японию и обосновались в Германии. За это время их отношения стали невероятно близкими. Вера быстро выучила немецкий и пошла в местную школу в Мюнхене. Как и обещал отец, она завела друзей. Они старались проводить всё свободное время вместе: ходили в походы в лес и горы, путешествовали по музеям Европы, несколько раз бывали в СССР. С отцом Вера обрела настоящее счастье, хотя изредка, особенно в тишине, позволяла себе вспомнить о матери, письма от которой приходили крайне редко и из самых разных уголков мира.
Сам Александр тоже был счастлив. Дочь стала для него утешением и заменой Ксении. Возвращаясь по вечерам домой после дел Ордена, он знал, что приходит не в холодный и пустой особняк, построенный на щедрое жалование от Великого магистра, а в по-настоящему родное и тёплое место, где его ждёт самый дорогой и близкий человек.
Однако в немецкой части Ордена «Возрождения» всё было далеко не гладко. Многие его соратники с головой погрузились в политику. Кто-то даже вступил в ряды Национал-социалистической немецкой рабочей партии — НСДАП, лидером которой был уже известный политик Адольф Гитлер. Взгляды этой партии, сочетающие радикальный национализм и идеи превосходства, вызывали у Александра внутренний дискомфорт, но он следовал законам Ордена и не вмешивался в дела своих коллег.
Тем не менее, в самом Ордене Александр пользовался огромным авторитетом. Его уважали наравне с Великим магистром, а его мнение ценилось практически в каждом важном решении. За годы, проведённые в Германии, он сделал значительный прорыв в изучении древних артефактов. При поддержке Генриха Гиммлера, активно продвигавшего свою карьеру в НСДАП и СС, Александр открыл школы для подготовки новых охотников.
Хотя политическая ситуация вокруг постепенно накалялась, Александр искал плюсы: через своих связных в НСДАП Орден получал весомую поддержку, что позволяло ему продолжать свою работу без лишних препятствий.
В июне 1932 года Александр отправил Веру в СССР вместе с её двоюродным дядей Петром Андреевичем. Ему казалось, что дочери будет полезно познакомиться с историей и традициями российского Ордена «Возрождения», в котором её отец когда-то служил. К тому же Пётр сумел наладить контакт с советским правительством, что позволило русской, ныне советской, части Ордена снова начать свою деятельность на территории бывшей империи.