– А самовар себя сам растопит? – крикнул брат из общей «столовой». – Ладно, он и не нужен. Идите все сюда!
Хоть Норма и выдержала паузу, все равно столкнулась с выходящим из комнаты Октавом нос к носу.
«И что же, теперь так каждый день?» – мысленно ужаснулась она.
Потоптавшись на месте, Турмалин сделал жест рукой, как бы предлагая ей пройти первой, хотя в коридоре вполне могли разойтись и трое. Но Норма только отвела глаза и поспешила к столу.
Она ожидала, что Лес притащит бутыль, но он решил не мелочиться и взял бочонок высотой по колено.
– Это что?.. – оторопела она.
– Да медовуха же! – Он постучал пальцем себе по виску. – Чтобы голова не болела. Просто пей в меру.
Норма покраснела, вспоминая тот вопиющий случай собственной безответственности. А брат, как ни в чем не бывало, напевая, крутился у накрытого кружевной скатеркой стола, раскладывая закуски – фаршированные рубленым беконом запеченные картошины и крохотные пупырчатые огурчики. Похоже, Яшма не испытывал ни малейшей неловкости и действительно наслаждался возвращением на службу и встречей с Октавом. А ведь раньше он его терпеть не мог, не упускал случая поддеть, поставить на место! Видимо, то ранение многое изменило.
– За сыск! – поднял Лес чашечку с медовухой.
Норма и Октав вяло вторили ему. Лазурит искоса посмотрела на инквизитора. Он не выглядел ни раздраженным, ни высокомерным, как обычно, скорее несколько подавленным. То же подтверждало его слабое сияние шалфейного цвета с оранжевыми искрами тревоги.
Лес откусил ломоть от остывшей картошины и с набитым ртом произнес:
– Ну, чего молчишь, как на поминках? Излагай!
Октав, до того с подозрением вращавший чашечку в длинных пальцах, выпил медовуху и отставил ее в сторону. Норма отметила, что его рубцы стали заметно бледнее, и сама сжала кулаки на коленях.
– Как вы знаете, – начал Октав, – я совершил нападение на своего куратора.
– На полоумную душегубку, ты хотел сказать, – хмыкнул Лес.
– Тем не менее. Меня понизили и перевели к вам.
– Допустим. – Норма избегала смотреть на него прямо. – Но почему ты здесь, а не у себя дома?
– Это одно из условий моего наказания.
– Вот как. Жить как мы – это наказание.
– Норма, не заводись, – осадил ее Лестер. – Октав помог нам! И теперь он – один из нас.
«Как у тебя все просто!» – хотелось ей крикнуть, но вместо этого она впилась зубами в огурчик. Тот оказался жутко кислым и словно ущипнул Норму за язык.
– Но не это главное… – Октав говорил медленно, делая паузы, точно подбирая верные слова. – У нас будет новый куратор от Инквизиции, и я должен немедленно вас к нему сопроводить.
Лес едва не подавился.
– Сейчас, что ли?
– Нет, – поморщился Турмалин. – Я имел в виду, как только вы вернетесь из лазарета. Сходим завтра.
Норма отставила чашку.
– И кто это?
– Я сам не знаю. Но то, что сотворил Михаэль, чем бы это ни было, подняло волну, и теперь к нам будет особо пристальное внимание. Боюсь, нас ждут серьезные неприятности.
Она вновь скрестила руки, уже не стесняясь шрамов.
– Мы вообще-то уже получили задание. Причем от первых лиц Вотры.
Октав отвел взгляд.
– Не вынуждай меня говорить очевидные вещи вслух.
Она протяжно выдохнула. Ну, конечно, Внутренняя Церковь и Инквизиция всегда будут стоять у них за плечом. Что бы ты ни делал, что бы ни планировал, кому бы что ни обещал – как только услышишь их зов, у тебя не остается вариантов. Или можно сгинуть, как Илай и Диана. Глаза защипало от несправедливости и жалости к себе и всем вокруг, поэтому она засунула остатки огурца в рот и стала яростно жевать, чтобы отвлечься и не выставить себя чересчур чувствительной.
– Что есть, то есть, – пожал плечами Лес, снова наливая всем из бочонка. – Сначала сходим в Инквизицию, познакомимся. Не съедят же они нас? Если б хотели, оставили бы куратором Рахель.
– Да. – Норма постаралась незаметно смахнуть предательскую слезинку со скулы. – Хуже уже не будет.
Октав на это не ответил.
– Ну и вот, а потом двинем дальше разбираться с мануфактурой, – продолжал Лес деловито. Видать, ему нравилось распоряжаться, точно он тут главный. – Октав, ты как, с нами?
Турмалин покачал головой:
– Сначала мне нужно завершить одно задание полицмейстера. Бумажная работа, ничего такого, но не хочу отвлекаться, – тут же пояснил он. – Как только закончу, присоединюсь к вам.
– Если мы не управимся быстрее, – ткнул его кулаком в плечо Яшма, отчего Октав чуть поморщился, но возмущаться не стал.
Дальше разговор начал затухать, и Норма не нашла в себе сил его поддерживать. Она распрощалась с парнями и отправилась спать. Но, даже накрыв голову подушкой, она до глубокой ночи слышала, как посмеивается Лес и что-то бормочет в ответ Октав.
– Серафимы, дайте мне сил, – шепнула она, зажмурившись.
Пустая кровать Дианы темнела напротив неясным укором.
– А тебе нравилось быть инквизитором? – спросил Лес Октава, когда вся троица в нерешительности замерла напротив величественного здания с серым фасадом.
– Когда как, – отозвался тот. – Иногда это интересно, но чаще просто тяжело.
Лес не придумал смешного ответа, поэтому просто хмыкнул.
