Но самым жутким был даже не вид опустившихся людей и их копошение в сгнивших остатках деликатесов, а картина по центру зала: двое картографов зубами рвали плоть третьего, распростертого на полу в луже свежей крови.
– Он умер совсем недавно, – просипел Илай, незаметно для себя все повышая голос. – Надо было врываться сразу, в первый же день, едва сойдя с корабля!
– Отставить, – оборвал его Калеб. – Слушай мою команду: всех демонопоклонников обезвредить. Вызвать команду с «Химеры», они их заберут, в столице передадим культистов Инквизиции.
Стоило геммам ступить через порог, как гильдейцы зашевелились, оторвались от своих омерзительных занятий и вяло начали приближаться к чужакам. Кто-то даже поднялся с пола и вперевалку зашагал к ним, шаркая отекшими лиловыми ногами и протягивая перепачканные по локоть руки, разинув слюнявые рты.
– И вновь нам мешают… – бубнили они. – Пойдете в дело…
Диану передернуло.
Они довольно быстро скрутили всех культистов в зале, связав их обрывками хлопковых скатертей и полотенец, затем Илай передал приказ команде «Химеры», но не почувствовал триумфа от выполненной миссии. Его не оставляла назойливая, как овод, мысль, что они могли предупредить убийство и акт людоедства, если бы не играли по правилам Тайной полиции.
– Изверги! – услышал он голос Калеба, полный возмущения. Илай повернулся, чтобы посмотреть, что могло так тронуть пристава после всего увиденного.
В углу зала на небольшом диване сидела собака диковинной породы с приплюснутой складчатой мордой, тяжелыми брылами, висячими ушами и кривыми лапками, раскормленная до неподвижности.
– Ладно люди, но как они могли так обойтись с животным?! – кипел Рубин.
Собака смотрела на него несчастными, слезящимися глазами из-под отвисших век. Бока ее покрывал слой жира, а дышала она с трудом.
«Хотя бы она еще жива», – мрачно подумал Илай, в то время как Калеб приблизился к псине с явным намерением погладить, а та радостно подставила розовое голое пузо.
Но тут его почти сшибла с ног Диана, метнувшись, точно пушечное ядро.
– Не сметь! – И замерла между диваном и геммами, выставив перед собой кортик, который ей так и не пришлось пускать в ход.
– Корнет, белены объелась?! – возмутился обер-офицер, поднимаясь с изгаженного паркета.
– Не гоните беса, – процедила Охотница сквозь стиснутые зубы. Казалось, вот-вот, и у нее волосы дыбом встанут, будто она встретила матерого волка в овчарне. Малахитовые глаза замерцали за стеклами окуляров. – Эта тварь – не собака! Она не пахнет собакой. Ничем не пахнет.
Их взгляды встретились – налитый темными слезами и пристальный, оценивающий. Бока существа ходили ходуном, из пасти стекала на обивку густая слюна. Да, на первый взгляд простая, хоть и непомерно раскормленная сука, а по своей сути…
Нечто.
– Покажись! – рявкнула Диана и бросилась на нее с кортиком. Она уже пожалела, что не взяла что-то более увесистое. Например, арбалет!
В последний миг, когда острие должно было встретиться с грязно-коричневой в подпалинах шкурой, тварь с нежданной прытью оттолкнулась кривыми лапами от дивана и перескочила через голову Охотницы. Диана развернулась на каблуках, едва снова не запутавшись в бесовых юбках. Посреди зала, аккурат рядом с растерзанным трупом картографа, стояла, вздыбив короткую шерсть, скотина уже размером с годовалого теленка.
Илай и Калеб запоздало выхватили шпаги. Чудище зарычало. Связанные культисты вяло захихикали и задергались.
– Окружай! – коротко приказал обер-офицер и начал заходить справа, а брат двинулся в противоположную сторону.
Но Диана уже в тот момент оценила их шансы – нулевые. Тем не менее она разбежалась, держа кортик обеими руками, плюхнулась на зад и проскользила по помоям прямо под брюхо монструозной псины с намерением распороть его. Сталь успела впиться в плоть, но тут чудище прыгнуло вновь – на этот раз в окно зала, выломав его к барстучьей матери вместе со стеклами и рамой. Миг – и она уже неслась по улицам Далени, высекая когтями икры из брусчатки и вызывая переполох.
– Скуда! – взвизгнула Диана, перекатилась и скакнула следом.
Трижды проклятая тряпка, в которую превратилось ее платье, жалобно треснуло по шву, зацепившись за что-то, при этом слегка освободив ноги. Наплевав на все, Диана задрала его до коленей и побежала во всю прыть за чудовищем. Какое-то время ей удавалось отслеживать ее массивный куцехвостый зад на поворотах, но даже скорости натренированных мускулов и легких Малахита было не сравниться со скоростью потусторонней твари.
«Где же Лес и Фундук, когда они так нужны?!» – с досадой подумала она, постепенно замедляя бег.
Вокруг начала собираться небольшая толпа. Даленьцы охали и указывали на нее пальцами, будто ее вид поразил их сильнее, чем только что проскакавшая по улицам туша.
– В глаз себе потычьте! – гаркнула она на зевак, и те начали расходиться, громко возмущаясь распущенной молодежью.
