– Следи за черным ходом, здесь, сбоку. Как только кто-нибудь выйдет, тут же беги к нему, перехватывай и ангажируй. Используй свой особый дар, что угодно, но привлеки к делу человека, вхожего в гильдию. И не смотри на меня так. – Калеб чуть дернул уголком рта. – Я был свидетелем, ты что-то сотворил с главой таможни, чтобы тот слегка угомонился. Это было… уместно. Приступай, нам нужен агент.
Не решившись как-либо оправдываться или объясняться, Илай приступил к наблюдению. Спустя четверть часа ему повезло: показался слуга в скромных одежках, на своих плечах он нес какой-то испятнанный мешок, вероятно, с мусором.
Илай быстро доложился Калебу и получил отмашку действовать немедленно.
Выбежав из гостиницы и подобравшись к слуге, Илай мельком отметил, что тот зачем-то копается в мусоре, сплошь состоящем из объедков разной степени гниения.
Янтарь сам еще толком не разобрался, как именно действовал его особый талант, но сейчас было не время рассусоливать и сомневаться. Он окликнул парнишку:
– Эй, приятель…
Тот вздрогнул и обернулся.
Илай, боясь его спугнуть, начал болтать, мол, только прибыл в Далень, ищет работу, а тут дом такой богатый, хорошо бы узнать, что там, нужны ли еще лакеи. По мере его рассказа складка между бровей парня разглаживалась. Тогда Янтарь стал неслышным голосом напевать ему песню, ту самую, о которой напомнил ему Парис – она была о дружбе, как считал Илай, и предназначалась для того, чтобы расположить к себе незнакомца. Это было для него внове, и оплошать никак нельзя, но через минуту парень в ливрее уже вовсю улыбался ему, точно старому приятелю, которого никак не ожидал встретить.
– Не поверишь, я сам здесь первый день, мало что успел увидеть.
– А ты погляди еще и мне расскажи, – тут же предложил Илай. – Смотри, как я могу, – и следующую фразу произнес уже неслышным голосом:
«Слышишь меня?»
Лакей распахнул карие глаза так, что те едва не выкатились из орбит.
«Эт-то… это что? Ты мистерик, что ли?»
Илай криво ухмыльнулся:
«Ага, раскусил меня. Ну так что, расскажешь? Я снаружи побуду, меня ведь не приглашали».
На лицо лакея набежала тень сомнения, но тут же рассеялась.
«Да не вопрос, дружище. Это даже весело».
Лакей вернулся в здание гильдии, а Илай бегом припустил обратно, во временный штаб.
– Записывайте! – крикнул он Калебу и принялся излагать все то, что сообщал ему неслышным голосом «ангажированный» агент. Пристав не стал задавать глупых вопросов и схватился за перо и бумагу.
Когда связь оборвалась, оба воззрились на исписанный лист.
– Значит, все двери закрыты, второй этаж необитаем. Всюду гниющие остатки пищи, а самих картографов не видать. Есть только один зал, из которого доносятся подозрительные звуки, будто там скопище дурнопьянов поглощает свое зелье. Но он также заперт, и попасть в него агент не может… – резюмировал Калеб, почесывая щеку. – Негусто, но уже что-то.
– Что ж их так на еде застопорило? – Илай сложил руки на груди, рассуждая. – Сначала запрос в таможню, потом связь с контрабандистами, но при этом все тухнет. Не сходится что-то. Считаю, нужно просто попасть внутрь. Я могу взобраться на крышу в любой момент и…
– Силовой метод оставим на крайний случай, – прервал его обер-офицер. – С контрабандистами, тем более такими опытными, спешить нельзя, их легко спугнуть. Возможно, еще одну подсказку мы получим от Малахита.
Илай не решился спорить – в его памяти было живо воспоминание о том, как ловко улепетывала от них Адель на своей летающей чудо-юбке.
Вскоре в номер вернулась сестра. В руке она держала какую-то серую пластину.
– Запах разложения распространяется по периметру, в палитре встречается тухлое мясо, рыба, икра и прочие морепродукты, такие, как устрицы, мидии, еще какие-то гады, плесень, фрукты, съедобные засахаренные цветы. Желчь и кровь разных существ, – отчиталась она с порога. – Но главное вот это. – Она с серьезным видом подняла пластину повыше.
– Это… какая-то кость? – нахмурился Илай, вглядываясь в ее не слишком симпатичный трофей.
– Человеческая, – мрачно пояснила Диана. – Это лопатка, причем ее явно не из могилы достали. А вот на ней – следы десертного ножа.
Янтарь сжал кулаки и обратился к Калебу:
– Нужно штурмовать их, немедленно!
– Свои замашки оставьте для обычного сыска, – набычился Калеб. – Здесь же дело государственной важности, возможен международный скандал из-за…
– Я так понимаю, из-за меня? – раздался насмешливый голос. –
В дверях номера стояла Адель дю Жанеран. Огненно-рыжая, в открытом полосатом платье не совсем по погоде и с кружевным зонтиком. В другой руке она держала какой-то небольшой округлый предмет.
– Она! – воскликнул Илай.
– Пришли сдаться властям? – с почти неуловимой иронией поинтересовался Калеб.
Диана медленно отступала к арсеналу, разложенному за его спиной, что не укрылось от глаз Адель.
