Потом вдруг раздался душераздирающий рев, от которого затряслась земля. Воздух прорезал леденящий кровь вой, полный злобы и бешенства. Зрители как один качнулись назад, испуганные ревом. Потом дверца клетки медленно отворилась, ржавые петли зловеще заскрипели, и гигантская темная фигура с горящими глазами плавно скользнула на песок. Громадная красная пасть отверзлась с рычанием, в котором звучал презрительный вызов. Обнажились изогнутые острые клыки, длиннее, чем ладонь Ориэллы. Девушка вскрикнула и сильнее сжала рукоять меча.
Демон оказался гигантской пантерой, настолько большой, что даже в самом кошмарном сне не пригрезится такое. В два человеческих роста от носа до хвоста, она была Ориэлле по пояс. Желтые глаза вспыхнули жутким огнем и уперлись в свою добычу. Медленно, нарочито медленно, огромная кошка начала подкрадываться к волшебнице. Невероятных размеров когти, словно стальные ятаганы, блестели на залитом кровью песке.
Ориэлла расставила ноги и подняла меч, но сердце ее бешено колотилось от ужаса. Разве кто-нибудь способен взять вверх над этим созданием? А тем более она, ослабленная ранами и потерей крови — как она может ему противостоять? Но тут ее глаза встретились с глазами хищника, и вдруг произошло невозможное: их сознания соприкоснулись. Да, да, она была разумна, эта царица, этот матриарх своего народа — подло схваченная, униженная и жаждущая мести.
Собравшись с духом, волшебница сосредоточилась и мысленно обратилась к противнице.
— Подожди, — сказала она.
— Зачем? — ответ был насмешливым, но за насмешкой Ориэлла почувствовала скрытое изумление. Пантера была уже почти на расстоянии прыжка, и волшебница порадовалась, что из-за поврежденной ноги не может бежать. Она попыталась снова.
— Я не враг тебе. Я такая же пленница, как и ты. — Спокойно, Ориэлла. Только не умолять!
— Все люди мои враги!
— Но не я. — Волшебница постаралась придать своему мысленному голосу твердость. — Я тоже ненавижу этих людей. Зачем убивать друг друга, когда у нас одни и те же враги?
Пантера замерла с поднятой лапой — казалось, она размышляет. Потом хищница присела и изготовилась для прыжка.
— Ты лжешь! — прорычала она. — Умри! — и прыгнула. Но Ориэлла, знающая повадки кошек, уловила ее намерение и, прежде чем противница взметнулась в воздух, уже нырнула вперед, навстречу. Огромные когти раскаленным железом полоснули ее по ребрам, и Ориэлла наугад ткнула мечом куда-то в бок пантеры. Раздался яростный вой, и девушка попыталась быстро вскочить, повернуться и встретить врага, но поврежденная нога подвернулась, а пантера мигом оказалась над ней, прижала ее к земле лицом вниз и выбила меч у нее из рук. В течение нескольких мгновений ни та, ни другая не шевелились. Толпа затаила дыхание. Волшебница снова мысленно обратилась к противнице.
— Ты совершаешь большую ошибку. — Не будь ее положение таким отчаянным, девушка сама рассмеялась бы той уверенности, с которой она это сказала.
Жестокая улыбка кошки, как плетью, стегнула Ориэллу.
— Переживу как-нибудь, — усмехнулась хищница. Медленно, очень медленно, Ориэлла слегка приподнялась, не решаясь даже выплюнуть песок изо рта. Огромные когти предостерегающе прошлись по ее спине, разрывая кожаную рубаху и царапая нежную кожу. Девушка невольно вскрикнула от боли, но зато достигла своей цели — коснулась правой рукой кинжала, который украла у Элизара и спрятала под курткой. Сорвав с нее одежду, кошка, сама того не подозревая, помогла ей, и длинный плоский клинок сказался в руке волшебницы.
Могучий удар громадной лапы перевернул ее, потом снова и снова. Пантера играла с человеком, как домашние кошки играют с мышью. На этот раз Ориэлла упала на спину, и от острой боля у нее перехватило дыхание. Ребра? Или ребенок? Не в состоянии определить источник боли, девушка содрогнулась от страха. Огромная пантера выпустила свои жуткие когти, чтобы вонзить их в Ориэллу, и замерла — острие кинжала коснулась ее горла.
Волшебница вгляделась в ненавидящие желтые глаза, горевшие всего лишь в нескольких дюймах от ее лица.
— Ничья, я думаю, — сказала она. Ответа не последовало, но в пылающих зрачках волшебница уловила едва различимый отблеск сомнения. Зрители все до последнего человека вскочили и вытянули шеи. Была не была! — Мне сказали, что если я убью тебя, то завоюю свободу, — призналась она кошке. — Может, и тебе предложили то же самое? Конечно, если я пошевелюсь, ты можешь убить меня — а можешь и не успеть.
Пантера угрожающе зарычала, но мысль Ориэллы пробила дорогу сквозь этот рев.
— Моя смерть не даст тебе ничего — только быстрый обед, и уверяю тебя, я постараюсь быть пожестче. — На этот раз, похоже, кошка отреагировала на шутку, расслабившись на какую-то едва заметную долю секунды. — А если мы откажемся убить друг друга? — гнула свое Ориэлла. — Тебе не кажется, что вдвоем мы могли бы проложить себе путь к свободе? А если нет, так, по крайней мере, захватим с собой в чертоги смерти много врагов. Что нам терять? Неужели ты хочешь остаться вечной пленницей?
— Людям нельзя доверять, — бесстрастно откликнулась пантера.
