Для более официальной части в начале вечера я выбрала темный костюм «Луи Виттон», высокие черные лодочки и нить крупного жемчуга на шею. Черный цвет был призван почтить память Алекса, лаконичность линий без единой лишней детали показательной роскоши была направлена на завоевание симпатии присутствующих, а речь, я была уверена, не оставит равнодушным никого. Я сама не знала до конца, смогу ли сдержать слезы, когда начну говорить об Александре с трибуны. Пожалуй, это единственное, что смущало меня гораздо больше, чем необходимость после выступления передать слово мэру.
Для второй части вечера наряд был иным. Лазурная прелесть от «Оскар де ла Рента» с довольно скромным разрезом без каких-либо дополнительных украшений. Я выбрала крупное колье из черных камней, такие же серьги и браслет – мне было все равно, что светский вечер требовал бриллиантов, я хотела почтить память Александра даже на мероприятии развлекательного характера. Лера пришла в восторг от моего образа и наверняка решила, что я задалась целью вскружить голову определенному гостю. Мне было пока что на него наплевать. Сейчас все сексуальные желания отодвинулись на второй план, и предвкушение нашего неминуемого столкновения имело привкус страха и тревоги. Но рано или поздно мы обязаны были столкнуться лицом к лицу, и хорошо, что впервые это произойдет на подобном мероприятии, прилюдно.
Илья поставил меня в известность, что не будет присутствовать на обязательной части, приедет на фуршет. Я не сдержалась и язвительно заметила, что жажда развлечений затмевает здравый разум, но тут же пожалела о своей резкости.
- Ты не понимаешь, - пасынок сглотнул и отвернулся, пряча слезы. – Я так и не отошел от этого удара. Я уже не знаю, куда сбежать от этого, ищу себе любое занятие, чтобы забыть, что отца больше нет… Он все равно приходит во снах, и легче не становится…
Мне Александр никогда не снился после своей смерти. Этот факт почему-то покоробил куда сильнее Илюхиного эгоизма, но я натянуто улыбнулась.
- Я тебя не тороплю. Но вникнуть в дела клуба – вопрос не одного дня. Партнеры – это значит вместе, рука об руку, разделив обязанности, прибыль, урон, проблемы и взлеты пополам. Я понимаю, что это еще одно болезненное напоминание о Саше и о том, что он нас покинул. Я также отдаю себе отчет в том, что тебе, возможно, не по себе от того, что ты увидишь своего отца с несколько… странной для тебя стороны. Но воля Алекса неоспорима.
- Юль, я все понимаю. Дай мне еще неделю, и я займусь клубом. Кроме того, тебе ведь захочется провести время с Евой и взять мини-отпуск, вот я и заменю тебя по всем вопросам! Неделю, и ты поразишься моему рвению.
Больше мы к этому вопросу на этой неделе не вернулись. Илья сторонился даже Валерии, а все время, которое проводил вдали от своих друзей, посвящал Еве, в какой-то момент я даже забеспокоилась, что он разбалует собственную сестру до невозможности. Парки, аттракционы, спектакли, центры развлечений, тонны игрушек. Ева часто уворачивалась от моих объятий. «Я иду к Иле!» - сообщала она и убегала собирать очередной конструктор или же строить оборонительные сооружения. Я обязательно пресеку потом эти игры в войнушку. Где это видано, что для дочери «акация» - не дерево, а артиллерийская установка? Но втайне я была даже благодарна пасынку за то, что он не позволял моей дочурке чувствовать себя обделенной маминым вниманием.
… Просторное фойе гранд-отеля «Платинум Плаза», по совместительству выставочный зал, а теперь еще и фуршетный с накрытыми столами для высоких гостей, наполнилось людьми за час до официального начала мероприятия. Герман Бойко, директор нашего благотворительного фонда и заслуженный волонтер Украины, пока держал оборону сам. Я появилась здесь в приподнятом настроении, которое продержалось ровно до тех пор, пока он не выразил мне свои соболезнования в связи со смертью Саши и не рассказал, каким святым, по сути, человеком был мой муж и как много жизней удалось спасти с его помощью. Заглушаемая неделями боль выплеснулась горькими слезами, понадобилось десять минут, чтобы подействовало успокоительное и я прекратила плакать. Идеальное начало, ничего не скажешь! Сейчас я отстраненно наблюдала на мониторах, как Герман обменивался рукопожатиями с гостями, среди которых было много медийных лиц и политико-экономической элиты. Визажист как раз закончила с макияжем, замаскировала следы слез на моих глазах, и сейчас ловко орудовала парикмахерским арсеналом, завивая мои волосы в мягкие крупные локоны. Я последний раз произнесла в уме свою речь и допила вторую чашку остывшего эспрессо.
- Господин мэр прибыл! – в проеме гримерки показалась голова одного из помощников организатора мероприятия. Стилист охнула и едва не обожгла мою шею раскаленными щипцами.
- Не надо нервничать, - спокойно сказала я, отставив пустую чашку. – Это не Ганнибал Лектор, он не кусается.
