- В твоих же интересах сейчас рассказать мне, что ты узнал и как можно прижать мадам Кравицкую к стенке. – Возвращаюсь за стол, предвкушение бьет по всем системам приятным током. Я бы и здесь мог пойти простым путем, моя гордая запуганная девочка, но достойных врагов принято уважать в мелочах. Я не ожидал, насколько ты законопослушна и успешна в своем бизнесе. Сделать рейдерский захват? Подтасовать твои документы? Просто задавить тебя проверками и ревизиями? Устроить пожар в трех твоих бутиках и не найти виноватых?
Поверь, я мог это сделать. Это даже проще, чем тебе кажется. Но зачем? Слишком просто и, посмотрим правде в глаза, низко, да и работа, что дает тебе возможность сейчас прийти в себя после траура (блядь, как я хотел верить, что ты никогда его не любила! Я же почти убедил в этом себя!) и почувствовать себя в обманчивой безопасности. К тому же никакие из этих подлых приемов не дадут мне полной власти над тобой ни в коей мере. Зачем пустые слезы и страдания? Мне не нужна твоя обреченная покорность жертвы, потерявшей все. Если ты противник, я буду воевать с тобой на равных – все равно, пусть ты не пройдешь в этой игре дальше подросткового учебного уровня, мне мало удовольствия от быстрой сдачи. Куда интереснее сейчас разрушить твою защиту поэтапно, шаг за шагом, склоняя на колени день ото дня и упиваясь своим неотъемлемым правом сильнейшего. Сопротивляйся, обманывай себя, можешь даже убедить себя в том, что значишь для меня столь много, что в итоге все будет по твоим правилам. Зачем мне игра без препятствий? Тем слаще будет наслаждение, когда я наконец-то сломаю тебя, гордая и неприступная сука, которой было мало моих чувств, которая похоронила меня так легко, словно наши четыре месяца ничего для тебя не значили, и растворилась в объятиях того, кто украл тебя у меня в свое время! Ничего. Наслаждайся, пока есть возможность, можешь даже порадоваться своей пирровой победе на рауте – это был последний раз, когда я позволил тебе испытать иллюзию выбора. Считай дни до того времени, когда перестанешь замечать окружающий мир, и весь твой кругозор сузится до созерцания пола и моих ног! Теперь ты будешь не просто целовать мои туфли. Ты их начистишь до блеска своим языком – вот где твое место, тебе не скрыть от меня свою рабскую сущность под успехами и огромным состоянием!
Ногти впиваются в ладони, и я ощущаю, как поднимается давление, виски сжимает тисками приближающейся головной боли. Но это не та боль, которой надо бояться. Мой триумф будет именно таким. Больно будет обоим.
- С вами все в порядке?
Стаховский, твою мать. Почти забыл о его присутствии.
- Ты психоаналитик?
- Прошу прощения.
- Отработаешь. Давай, внимательно слушаю, рассказывай, что ты нашел.
Он все же делает попытку придать своему лицу выражение самодовольного превосходства и чуть подается вперед, сцепив в замок пальцы рук.
- Юлия Кравицкая получила в наследство ну очень скандальный клуб. Эта информация держится в секрете. Тут вырисовывается такая интересная история…
Мигрень все-таки не желает сдаваться, атакует виски новым накатом пока еще осторожной волны. Только ей сегодня не победить. Адреналин выходит на передний фланг, насыщает кровь своим быстродействующим опиумом волнующего предвкушения. Но никому никогда не понять, что творится у меня в глубине души, как и не уловить этого проблеска зарождающейся эйфории ни в одном из жестов или же изменении мимики.
- Я не озабоченный тусовками подросток, и ночные клубы меня интересуют мало. Мхатовскую паузу прибереги для театральных подмостков. Все, что мне необходимо сейчас от тебя услышать – это детальную информацию и твои личные выводы по этому поводу. Ловлю по клубам, подброшенные пакетики с героином, нападение в лифте или инсценировки ДТП оставь плебеям.
Я уже знаю примерно, что именно черный референт хочет мне сообщить. Devi-ant. Тот самый клуб, который сыграл в моем становлении как тематика не последнюю роль, собственно, это и был тот самый буфер, который не позволил скатиться в свое время до эгоистичного садиста-психопата без малейших понятий о технике безопасности. Алекс практически всю жизнь отдал этому клубу, превратив его в самое фешенебельное заведение на территории Украины. Он даже значился в белых списках заведений подобного рода европейских стран, а имена почетных членов общества было чревато произносить вслух. Отчет с выделенным подчеркнутым курсивом названием даже не удивляет.
Я не появлялся там давно. Политика конфиденциальности была на высшем уровне, бояться огласки не приходилось, но когда ты идешь к власти, первое время приходится отказаться напрочь от подобных соблазнов. К тому же смотреть в счастливые глаза Анубиса, который так легко отнял смысл моей жизни, было выше моих сил.
- Все, что ты хотел мне сообщить – то, что она получила его в наследство? Ты меня удивляешь своим даром раскапывать очевидное. Я просил тебя найти нестандартный подход, условия тебе известны. Или ты мне сейчас предложишь направить туда инспекцию по борьбе с вирусом Эбола под руку с обществом защиты прав потребителей?
