Рыцарь прогрохотал коваными сапогами в подсобное помещение – переодеваться; а крепко сбитый немец в кожаном переднике от шеи до колен, с коротко стриженными седыми волосами, очутился перед Иоаной и Андраши, с холодной улыбкой осматривая удивительных покупателей.
- Что угодно моим господам? – осведомился он. – Господин рыцарь, конечно, хочет заказать у меня полный доспех? Для турнира? Можете не сомневаться, что найдете здесь лучшую работу в Трансильвании и Венгрии!
Оружейник уперся взглядом в Иоану, он еще не забыл ее удивительных слов, - потом обратил все свое внимание на Андраши. Тот же, понимая, что его приняли за одного из бесполезных венгерских дворян, расточающих силы в турнирах, холодно проговорил:
- Доспех нужен не мне, а даме, почтенный.
- Женщине? – воскликнул немец. – Но зачем?
Это был верх непочтительности к заказчику – тем более, столь знатному господину, какого мастер, конечно, уже признал в Андраши. Однако требование было слишком необычайно.
Венгр склонился к оружейнику и тихо сказал:
- Зачем моей даме нужен доспех – не ваше дело… Но это дело очень важное и срочное. Мы заплатим вам вдвое против назначенной цены, если исполните все быстро и хорошо.
Под его немигающим взглядом немец даже отступил. Он понял, что дело не только важное и срочное, но и опасное; однако еще опасней оружейнику сейчас показалось прогнать таких гостей, оставив их ни с чем. Мастер опустил глаза.
- Как скажете, господин рыцарь. Хорошая работа – мое дело, а ваши дела – ваши дела… Какой же доспех вам нужен?
Он быстро осмотрел Иоану с головы до пят и улыбнулся, уставившись ей в глаза. Иоана слегка покраснела.
- Шлем, кольчуга и латы. Вот эти, - она вскинула руку и снова показала на висевшее на стене вооружение. – Готовую кольчугу на меня вы, конечно, тоже подберете. Ведь убавить ее не так долго, как расставить, - если она окажется велика?
- Нет, госпожа, - немец говорил уже с некоторой почтительностью, хотя удивление из его голоса никуда не делось, а только возросло. – Прошу госпожу подойти ближе, чтобы я мог оценить ее рост и фигуру.
Он гораздо осторожнее, чем проделал это с великаном-шведом, взял ее за плечо и повернул.
- У госпожи подходящая комплекция для этих лат. Вы сделали хороший выбор, - заметил он. – Такие тонкие и гибкие воины бывают сильными и выносливыми, хотя встречаются нечасто…
Иоана поняла, что сейчас он задаст какой-нибудь каверзный вопрос, и сжала губы, готовясь отмалчиваться. Но немец ничего не спросил.
- Прошу вас пройти сюда, - он показал на ту же дверь, куда скрылся швед, и Иоана на миг испугалась, что обнаружит в комнате раздетого мужчину. Однако доспехи, конечно, надевались поверх кожаного платья и белья…
- Я пойду с дамой, - сказал Андраши спокойно, хотя глаза горели голубым огнем. Венец свой он снял, но царственности в нем ничуть не убавилось. Немец низко склонился перед ним.
- Как пожелает господин.
Они втроем прошли в полутемную комнату, где ярче всего блестели груды металла – матовое кольчужное плетение и ослепительные стальные пластины: посеребренные, позолоченные, вороненые, гравированные крестами, львиными мордами, драконами…
Могучий швед и помогавший ему работник были все еще здесь; однако рыцарь уже разоблачился и, одетый в кожаные лосины и рубашку, поверх которой на широкой покрытой белыми волосами груди болтался массивный крест, натягивал потертую кожаную куртку. Иоану и ее спутника он окинул взглядом, полным крайнего изумления и подозрения, - после чего быстро вышел вон, заканчивая одеваться на ходу.
- Он ничего не видел, - шепнул Андраши своей спутнице. Та кивнула.
Направляясь сюда, Иоана, конечно, надела женское платье; но никакого оскорбления ее скромности не предвиделось. Размеры кольчуги можно было оценить и не раздеваясь.
Попросив их подождать, мастер ушел и вскоре вернулся, значительно улыбаясь, неся на вытянутых руках вороненую кольчужку. Для кольчуги она была слишком мала.
- Под эти превосходные черные латы. Как на вас склепана, - проговорил немец. – Прошу госпожу примерить!
Иоана была уже очень сильна, крепка для женщины; но и то у нее подогнулись колени, когда кольчуга обтекла тело и свесилась между бедер.
- Гм… Почти впору, - немец покачал головой. – В плечах нужно убавить… укоротить…
Он что-то проворно отмерял на пальцах, приставляя руки к ее телу то сверху, то снизу, и шевеля губами.
Поверх кольчуги надели латы, скрепив ремнями, - широкий нагрудник и плечевые щитки требовали перековки, но работы ожидалось куда меньше, чем думал оружейник. Затем примерили наручи и поножи; а под конец принесли и шлем, тоже черный с серебром, – без забрала, но с наподбородником, какие вошли в моду недавно: наподбородник, не мешая видеть, защищал горло и лицо почти до глаз. Шлем сел как влитой.
- Госпожа как будто родилась рыцарем, - не то пошутил, не то всерьез заметил оружейник. Он немного подумал. – Что ж, это станет вам…
Андраши мягко положил ему руку на плечо.
- Не смущайтесь расходами, почтенный. Только постарайтесь получше.
Он помолчал и мягко прибавил:
- Вы, конечно, понимаете, что…
