— Ты ранен?
— Царапина. — Поморщившись, Метилий позволил Пизону перевязать себя.
— Дульций, ты в порядке? — позвал Пизон.
— Да. Мы все в этом ряду. Прямо позади нас есть раненый человек, но он не так уж плох.
Кричащие вопросы вскоре показали, что центурия потеряла двух человек убитыми и шестерых ранеными. Тулл усмехнулся, когда ему сообщили эту новость. — Легкие потери — мы справились. Бассий остановился, — объявил он. — Так же, как и центурия справа от нас. Пока мы держим эту линию. Пизон заново осмотрел их фронт. В поле зрения оставались десятки бегущих воинов, но их число быстро сокращалось. Большинство достигло укрытия за линией деревьев, и там Тулл увидел опасность. Страх пронзил Пизона, когда он тоже понял. Германская контратака началась почти сразу. Сотни поющих воинов выбежали из-за буков и елей. Это не было бешеной атакой — им потребовалось время, чтобы выстроиться в сплошную линию. Солнечный свет отражался от их копий. Многие были в кольчугах, что указывало на то, что они лучшие бойцы Арминия. Появлялось все больше и больше, пока несколько тысяч не встали перед римскими клиньями, мощное исполнение барритуса вырывалось из их глоток.
Когда германцы начали наступление, Метилий с мрачным лицом потрогал свой амулет с фаллосом. — Это еще не конец.
Черная ярость поглотила Арминия, наблюдавшего за битвой с левого фланга своих войск. Марсы и его воины-херуски поначалу действовали хорошо, и, хотя решительные действия вспомогательных войск отбросили их назад, воины были более чем готовы возобновить атаку. Неожиданное появление группы орлов над лесом не могло произойти в худшее время. Бронированные клинья легионеров получили неудержимый импульс. Даже если бы он был в самой гуще событий, Арминий не был уверен, что их строй смог бы устоять. Сломленные мгновениями ранее, перепуганные воины теперь бежали, спасая свои жизни.
Он проклял Донара за то, что он позволил увидеть могучих птиц, а также за то, что он не изменил погоду. Почему бог не поразил римлян сильным ветром и дождем и не устрашил их своим громом и молнией, как это было семь лет назад? «Мы твои последователи, Донар, и это твоя земля», — подумал Арминий. «Помоги нам, а не захватчикам».
В центре рубили еще больше воинов. Те немногие, кто еще сражался, были окружены и убиты. Зазвучали трубы, и появились новые когорты, двигавшиеся вперед к схватке. В груди Арминия нарастала горечь, но он отогнал это чувство. Борьба была далека от завершения. Он видел, как сотни его одетых в кольчуги воинов, до сих пор находившихся в резерве, выходили на солнечный свет. Утомленные наступлением, легионеры в клиньях могли не выдержать атаки этих бойцов-ветеранов. Увидев Мело на передовой, Арминий набрался храбрости. Если кто и отбросит римлян назад, то это будет его заместитель.
Арминий планировал быть там, но, перемещая свое войско и разбираясь с проклятыми вождями, он оказался на левом фланге, когда начался бой. Стремясь сделать все, что мог, он провел две язвительные атаки на ближайший участок римской линии, состоящей из лучников-ауксилариев. Вбегая с поднятыми щитами, его воины добирались до лучников с минимальными потерями и сеяли хаос. Их ряды становились неровными. «Еще одна атака и мы разобьем их», — подумал Арминий. «Врезаться войскам во фланг и начнется паника. Победа может быть за нами».
Его беспокоило то, что большая часть легионов Германика все еще не была развернута, но эта атака была лучшим шансом, который они могли получить в этот день. Арминий приступил к сплочению воинов, с которыми он оказался, смеси ангривариев, сугамбров и бруктеров. Воодушевленные своими успехами, они восторженно реагировали на его воодушевляющие крики. Расположившись в их центре с большой группой конных воинов, он подал сигнал.
С грохотом копыт всадники атаковали поредевшие ряды лучников, за которыми следовали бегущие воины. Стрелы взлетели сразу, но не такими дисциплинированными залпами, как раньше. «Это тоже хорошо», — подумал Арминий, его нервы были на пределе. Способный прикрыть свое тело щитом, он не мог защитить своего скакуна. Если бы в него попала стрела, его бы отбросило, и лошади затоптали бы его насмерть. Несколько его товарищей были ранены, но Арминию повезло. Приближаясь к лучникам, он нацелился в брешь в первой шеренге между испуганным мужчиной с худым лицом и опытным лучником, стрелявшим с безжалостной эффективностью.
