А значит, и отец. Далеко же его могила от маминой.
Слизняк Гамэль продаст всех. Но не родную дочь в наложницы. Не любимицу Тере. И не при живой тетушке Колетте.
Будь родители Терезы живы — такого не произошло бы никогда.
Где твоя могила, нелюбимый, презираемый дядюшка? Общая с тетушкиной?
У Тере тоже не осталось никого. Только двоюродный брат. Столичный вертопрах-поэт. Всегда считавший войну скопищем бессмысленной крови и грязи.
Он был прав. Абсолютно. Но вот только воин способен защитить от крови и грязи родных, а презирающий поэт — нет.
Нет⁈ Только смотреть, да? Как на твоих глазах…
— Да как вы… — вперед Констанса просто швырнуло. И рука рванула клинок сама. Шпагу.
Жаль, пистолеты отнял конвой. Как это они про холодное оружие не вспомнили?
— Надо же, — хищно усмехнулся голый Эрик. Неведомо как, но успевая вооружиться раньше противника. И невесть когда оказаться на ногах. Потому Констанса до конца и не разоружили. — Поэтишка-виршеплет вообразил себя мужчиной.
— Уж точно больше, чем ты, — услышал Констанс собственный голос. — Мне ведь никогда не требовалось запугивать и принуждать.
Молния — чужой клинок, оскал — чужая усмешка. Боль слева в груди, тьма в глазах.
Хохочет Эрик. Где-то вдалеке — надрывный крик Терезы. Стихает.
И во тьме вспышкой — память. Огромные изумруды глаз Ирэн. Горят в бесконечной тьме. Заслоняют всё. Даже оскал Эрика. И круговерть осенних листьев.
Ирэн! Что с ней теперь будет?..
Часть вторая. Эвитанский капкан.
Глава первая.
Конец Месяца Рождения Осени.
Эвитан, Восточный Тенмар.
1
Вьется среди цветущих пригорков узкая дорога. Где-то впереди цветущие холмы почти родного Тенмара перейдут в такие же — чужой и уже близкой Квирины. А совсем немного севернее — суровая Ритэйна. Границы изобрели люди, а не честная природа.
Неуловимый генерал Лойварэ — неизвестно где. Искать его — отнюдь не просто для ни дня не воевавшей девчонки. Зато Клод порой очень даже полезен. Потому что указал путь. Прежде чем самому отправиться прочь. То ли спасать Констанса, то ли просто подальше. От сладкопахнущих цветущих холмов, горьких угрызений совести (если она у Дарлена и впрямь есть), жуткого монастыря на горизонте и бывшей союзницы.
Ну, бывшая — вперед. Если боевой герой-полководец не скачет к тебе — скачи к герою сама. На почти боевой Снежинке.
Вот только — станет ли скрывающийся по неведомым причинам герой-полководец спасать кого бы то ни было? Или им уже по пути с бывшей — во все лопатки драпать в Квирину? Ей — к Анри, ему… очевидно, туда же. В боевые гладиаторы. Если еще не слишком стар. Ему вроде как за сорок. Больше, чем исполнилось бы папе.
Ладно, сколь бы мало от Ирии не зависело — уж его-то она исхитрится совершить. Найдет этого неуловимого Лойварэ. Из-под мягкой, щедрой земли выроет. А уж дальше пусть он сам решает, как знает. Кого ему спасать — себя или родную страну.
А если не решит? Или решит не в пользу страны? Куда Ирии тогда? К Эрику Ормхеймскому Бастарду — вслед за Констансом? Потому что какой благородный герой Всеслав — мы уже видели. И слышали. И тот меткий выстрел, и пафосный монолог. И в заложниках сидели. Причем не в почетных. Всеславы вообще не уважают женщин, если те — не покорные овцы. Но овец не уважают тоже. Потому как — за что?
Очень храбрый и благородный герой. Аж дальше некуда.
Не «храбрый» же генерал Аллен всех спасет, в самом деле. Он уже, небось, успел к Гуго переметнуться. К новому законному королю. И даже награды не попросить. Главное — сохранить свое. Прежнее.
Прощай, паршивый монастырь, прелестная Нинон и так до конца и не разгаданный Клод. Здравствуй, холмистая дорога. Через три дня, максимум — четыре, уже прояснеет, куда ты теперь ведешь. На Восток или на Юго-запад? Точнее — напрямую на Восток или в обход через Юго-запад? Где цветущих холмов поменьше, зато густых лесов — побольше.
Правда, пока легкий подлесок еще держится. Вот впереди с ним — совсем хило. Повырубали?
Ближе к долгожданному обеду с самого высокого холма вдали показалась длиннющая деревенька. Но всего в пару рядов домов. Явно меньше Больших Дубов. И деревня, и домишки. Хижины, скорее.
Впрочем, здесь ведь теплее. Камины не нужны. Очагов достаточно.
Уютная таверна, прохладное вино, горячая трапеза? Которыми наверняка успели насладиться те двое, что едут навстречу. Именно едут, а не скачут. Берегут коней. И себя. И отнюдь не из-за жары. Эта южная осень удивительно «мягкая». Впрочем, где лиаранке попадались другие? В Тенмар она добралась уже к сырости и холодам.
На зрение Ирия не жаловалась отродясь. Как и на чутье. А сердце предупредило еще раньше глаз.
Вот и встретились! Долго же она этого ждала.
В первый миг в глазах аж потемнело. Потому что навстречу, конь о конь… не только Роджер Ревинтер, чтоб ему. Еще и собственный недоброй памяти братец!
Оба — злейшие враги и мрази, да. Но вот рядом им делать нечего. Потому как замириться не могли точно. Даже если их в одну тесную камеру запереть. На всё минувшее время.
