— Позволено ли мне задать вопрос, Ваше Величество?
— Валяй.
— Есть ли вести о судьбе моей внучки?
Ледяной блеск изумрудных глаз Ирэн — злее Эрика! — Ревинтеру не понравился. Но ему тут не нравится всё. И уже давно.
Здесь, в Лютене, в Эвитане…
— Внучку ищут, — усмехнулся Эрик. — И скоро, не сомневайтесь, найдут.
Глава девятая.
Эвитан, Лютена.
1
Роджер за свою жизнь не спас слишком многих. А хуже, что даже не пытался.
Не сумел отменить казнь Иден Таррент. А Ирии — и не собирался. Это сделали благородный Анри Тенмар с неблагородным словеонским князем.
Не смог тогда настоять на свадьбе с Эйдой. Пороху не хватило. И тем отправил в Бездну и ее, и собственную дочь.
Не спас хорошего друга — Марка. Даже его сестре Сильвии помог не сам — перевалил на того же Тенмара. Только уже лично. Как и положено бесполезному слабаку.
А лечение лучшего друга скинул на Ирию.
А теперь — на кого? Прежде почти всесильный отец сейчас, как выяснилось, сам в тюрьме. Не всесильный, но благородный Анри Тенмар отправился спасать захваченный Эвитаном Аравинт, опять Грегори Ильдани и Прекрасную Кармэн. А Роджеру оставил спасать Ирию Таррент. Ту, что сама с удовольствием добьет его — при первом же удобном случае. Или даже неудобном.
Столь мерзкого напарника она терпит только ради Сержа. Кого Роджер тоже толком не спас. Даже с помощью Ирии — только от смерти, но не от плена. И даже смерть — может, тоже лишь отсрочил.
Роджер обещал вернуть друга домой. А родной дом за это время провалился в Бездну. И уж она-то точно теперь сожрет их всех — включая ту самую воинственную Ирию. Потому что озверевшему Эрику Ормхеймскому им предложить нечего. Иначе это уже сделал бы умный и хитрый отец. У него, в отличие от Роджера, есть мозги и нехилый опыт многолетних интриг.
А благородством из нынешних Сезарингов судьба наградила лишь принцессу Жанну. Ну и, наверное, честного Грегори — если кристальный Анри Тенмар в нем не ошибся. Не думал о сыне друга слишком хорошо. Или юного сына полководца Ильдани не изменили годы. Сам Роджер менялся столько раз, что только держись.
При виде того, в чьём обществе и как маршал… уже король Эрик теперь принимает пленных… Роджера не то, чтобы покоробило. В лагере пьяной солдатни навидался и не такого. Ормхеймский Бастард… уже законный монарх сейчас хоть не ржет и не ставит на «под кем умрет». С другой стороны, это сейчас не ставит. Не с кем. Из Роджера даже тогда собеседник выходил унылый. А нынешнего еще и вырвет запросто. Прямо на месте.
Некрасиво выйдет. И не ароматно.
И рядом нет Тенмара или сурового медведя Керли, чтобы навести порядок.
К тому же, во главе пьяной солдатни в Лиаре стоял циничный, но трезвый отец. И он допускал всё это, но сам не участвовал. А здесь озверевшей бандой размером с армию командует такой же пьяный бандит. Свой в доску. Верный товарищ по всем веселым развлечениям. И на него уже не найти управу, потому как — не слабак и жирдяй Гуго. Действительно вояка и способный полководец. Любимый настоящей армией, а не «игрушечной».
Лучше не думать, что творилось по пути в столицу. Анри Тенмар бы уже децимировал всю шайку-лейку давным-давно.
Серебряно-синие эриковцы проводили Роджера в меру презрительными взглядами. Особенно его хромоту. Но двери распахнули — король же приказал.
И в палатке отца, и у Тенмара всегда было строго и просто. Здесь… прямо шатер восточного владыки, чтоб ему. Даже мебель почти всю вынесли.
— Садись, — Эрик ткнул в пышный цветастый ковер напротив. Уже заляпанный чьими-то сапогами. — Будешь?
Девчонку предложил ту, что слева. То ли случайно, то ли справа — ценнее.
— Спасибо, нет, — Роджер присел на место почище. — Я женат.
Гуго бы уже хохотал. И настаивал. Эрик по-волчьи оскалился:
— Вот об этом и потолкуем. Значит, женат? На прекрасной племяннице Ральфа Тенмара?
— Да.
Дрожат несчастные девчонки — почти блондинка и почти брюнетка. Обе. Тонкая кость, изящные лица, фарфоровая кожа. Похоже, они еще и знатные — на крестьянок не похожи. Темный и змеи его!
— А теперь слушай, сопливый щенок. — В льдисто-голубых глазах полыхнула смерть. Очередная. — На племяннице Ральфа Тенмара женатя́. На единственной, кто наследует за ним. На Алисе Марэ. На всех прочих Драконьих племянницах, буде они найдутся, не женится никто. Или они быстро овдовеют. Ты меня понял?
— Да, Ваше Величество, — кивнул Роджер. — Когда моя казнь?
Эрик небрежно махнул ближайшей пленнице, принял у нее новую бутыль и столь же равнодушно отпихнул девчонку ногой. В грязном сапоге.
— Тебя Тенмар что, совсем бояться отучил? Раз уж ты сдуру женился на его бабе? Ты бы еще Кармэн юбки намял, — хохотнул бывший Бастард и бывший человек. — Ты что, готов сдохнуть?
— А как еще может овдоветь моя жена?
Чем здесь воняет? По́том, а еще? Если что от прежнего Эрика и осталось, то это — нелюбовь к духам.
Тогда — страхом?
— Никак. Твой брак недействителен, потому что ты уже давно женат. Не первый год как. Тайно. Твой папаша только что подтвердил. Письменно.
Значит, хоть жив. Всё еще. И даже способен сам расписаться.
