Они не упали в море только чудом. Плоское днище ходило ходуном под ногами, шлюп накренился, зачерпнул бортом солёную воду. Повисшая на верёвочной лестнице Белль с размаху толкнула Киллиана ногой в грудь. Падая на спину, он увлёк Белль за собой, ухватив за лодыжку, и попытался перекатиться на неё, прижать своим весом к днищу. Белль отчаянно сопротивлялась. Кусалась, царапалась, пиналась, выворачивалась, не обращая внимания на льющуюся воду, раскачивая шлюпку, но исход был предрешён.
Спустя несколько минут Белль, обездвиженная, связанная по рукам и ногам, лежала на дне шлюпа, а капитан, несмотря на качку, возвышался над ней тёмной громадой.
— Чтоб тебя разорвало, шваль сухопутная, — выругался он сквозь зубы, и Белль увидела, как дрогнул его силуэт. — Дура.
Белль напряглась, готовясь к новой борьбе, но силуэт исчез, а она так и осталась лежать лицом в небо. Разгорячённую кожу обдувал ветер, платье намокло, связанные верёвкой ноги лежали в луже, а плечи упирались в жёсткое сидение. Она попыталась привстать, но верёвки на ногах и ремень, стягивающий за спиной её локти, ограничивали движения. Так что ей ничего не оставалось, только лежать и смотреть в небо. Когда что-то пошло не так? В её плане изначально было слишком много допущений и слепых пятен. И риска: устраивать побег в вахту капитана — безрассудство. Но иначе Белль поступить не могла: если бы её бегство состоялось, оно стоило бы жизни рулевому. Шлюп подбрасывало на волнах, и на мгновение Белль показалось, что её уносит прочь от пиратского судна. Только показалось. Белль закрыла глаза, погружаясь в неглубокую дрёму, а когда она их открыла — звёздное небо над ней побледнело и дало крен. Лебёдка рывками поднимала шлюпку, и с каждым рывком к Белль всё яснее приходило осознание: однорукий капитан не даст ей возможности совершить вторую попытку.
Она неловко заёрзала на дне шлюпа, отползая дальше, но Киллиан не обратил на это никакого внимания и забросил девушку к себе на плечо, точно тюк. Пленница больше не сопротивлялась, не кричала, только дышала часто и неглубоко.
Киллиан почти бережно уложил её на бак, освободил руки, развязал узел на стягивающих ноги верёвках, удивлённо хмыкнул: ему приходилось бывать в разных переделках, и он знал, что Белль сейчас должно быть больно, очень больно. Но с её губ не сорвалось ни вскрика, ни стона. “Терпеливая, хоть и дурная”, — признал он и сказал уже вслух:
— Далеко ли собралась, лапушка? — он вернулся к рулю, не беспокоясь о том, что Белль сбежит: в ближайшие полчаса она едва ли сможет сдвинуться с места. — В открытое море, на верную смерть…
Киллиан не ждал ответа. Просто был зол: служанка Тёмного была ему нужна живой и относительно здоровой. После пусть хоть топится, хоть возвращается в свой городок.
— На что ты надеялась? — бросил он в сердцах. И чуть не упустил штурвал, когда Белль ответила:
— На то, что меня подберёт торговое судно. На карту, звёзды, и близость береговой линии.
Дьявол. Она заглядывала в судовой журнал.
— И что же, лапушка, ты умеешь ходить по звёздам? — обманчиво ласково поинтересовался Крюк.
— Я читала об этом, — Белль говорила негромко, но чётко. Спокойно. Точно её жизнь не зависела от капитана. Точно она не боялась его.
Или действительно не боялась? Киллиан бросил взгляд на бак, где сидела пленница.
Небо стало светлее перед рассветом, но всё же, было слишком темно для того, чтобы разглядеть её лицо.
— Может быть, ты ещё и с вёслами можешь управляться? — насмешливо спросил Киллиан.
Белль качнула головой. А потом, сообразив, что капитан не видит её жеста, сказала:
— Нет.
Нет. Она не умела грести. Но собиралась попробовать. И каким бы ни был исход — достигла бы она берега или погибла в море — в любом случае он означал бы, что пираты не смогут использовать её, чтобы навредить Румпелю. А Белль понимала — её похитили именно для этого. Ну уж всяко не для того, чтобы она чистила или зашивала их куртки.
— Почему ты так хочешь отомстить ему?.. — эти слова вырвались у неё как-то сами.
— Ему? — переспросил Киллиан.
Сумрак скрывал его лицо, но она была готова поручиться, что капитан скривил лицо в усмешке и в притворном недоумении приподнял одну бровь. Белль успела изучить его ужимки и вовсе не считала их забавными.
— Ему, — повторила она. — Тёмному. Неудачная сделка?
— Это не было сделкой, — неожиданно резко произнёс Киллиан. — О нет, это не сделка.
========== Часть 4 ==========
