— А если поставить только по одной гаубице на вагон, тогда веса хватит? — спросил я, припомнив фотографии немецких броневагонов времен Великой Отечественной войны с одной длинноствольной танковой башней. Правда, они были для борьбы с советскими танками заточены. Танк, как показала Вторая мировая война, — основной уничтожитель бронепоездов после пикирующих бомбардировщиков.
— Надо считать… — ответил мичман задумчиво, окутываясь клубами дыма. — Башня большая… Больше пушечных… И лобовой лист у нее с приличным скосом, чтобы обеспечить эти самые высокие градусы подъема ствола. При горизонтальном положении ствол уравновешивает башню, а вот стоит его задрать… Боюсь, чтобы нормально башню уравновесить, надо броневой лист маски существенно увеличивать… Но если подбашенный каземат сделать из толстого железобетона, то мы сможем поставить на погон лист металла потолще. Кольцевую опору усилить. А в боковых пределах устроить зарядные кубрики со стеллажами… Может получиться… Но мест для пулеметов тогда уже не останется.
— А что с высотой вагона будет? — спросил я.
Высота меня очень волновала: бронепоезд для вражеской артиллерии — цель большая. Любое ее уменьшение — благо. И одновременное уменьшение веса всей конструкции. Но сейчас у нас паровоз четыре метра ростом. Так что идея такого рельсового танка имеет место быть, вот если бы еще мотор туда впихнуть… Но об этом пока можно только мечтать.
— Высота броневагона в таком разрезе — с одной башней — уменьшится где-то на полметра точно, может, и больше… — Наконец-то мичман перестал что-то считать про себя. — А вот забронировать такой вагон можно будет, как на эскадренный броненосец… Только вот…
Тут вокруг как фольгой зашуршали. Волна пробежала по людям.
— Король… Король… — пронеслись шепотки.
— Ну вот… покурили… — Мичман принялся выбивать с остервенением трубку о каблук, рассыпая искры недогоревшего табака. — Принесла нелегкая… Щас без люлей не останемся, как без пряников… как пить дать. Хорошо если только фитилем отделаемся. В прошлый визит он был нами очень недоволен.
В цех быстрым шагом вошел Бисер Восемнадцатый с небольшой свитой, которая в своих нарядных мундирах шарахалась от многочисленных грязных поверхностей.
— О, Кобчик, — повеселел король. — Ты-то мне и нужен.
Как он меня быстро вычислил в промасленном комбинезоне среди толпы таких же чумазых? И все в рабочих беретах к тому же.
— На хорошего ловца зверь сам бежит, — подхалимски захихикал незнакомый мне свитский полковник.
— Кто зверь? Я — зверь? — включил я обиженного горца с интонациями Фрунзика Мкртчяна из кинофильма «Мимино».
В королевском кабинете, уже во дворце, кроме меня, Онкена, кронпринца и короля присутствовали еще пехотный генерал-майор, который очень косо посмотрел на мое присутствие в высоком кабинете, и тот самый полковник, который меня зверем обозвал.
— Ваше величество, — прокашлялся генерал, — не слишком ли в расширенном составе мы собрались обсудить столь важный вопрос?
— Не слишком, — ответил король. — Кобчик мой доверенный человек. К тому же у него есть редкое качество: он не стесняется мне в лицо говорить свое особое мнение. А его бронепоезда вы сегодня видели… — военные кивнули. — На них возлагается роль острия копья в наших с вами планах.
— К тому же Кобчик постоянно видит сны, в которых он командует фронтом, — улыбнулся кронпринц. — Как утверждает — кошмары.
Военные усмехнулись.
— Приступим, — произнес король, пропустив мимо ушей шутку сына.
А я запоздало подумал о том, что весь аппарат принца стучит ему про меня даже в мелочах.
— Полковник, карту, — приказал сократившийся в амбициях генерал.
Выдержка у генерала была отменная. Школа! Учитывая, что в депо король этого самого полковника, который сейчас на большом столе раскладывал склейку, заставил передо мной публично извиниться за неуместную шутку… А что королю оставалось делать при виде блондинистых горцев, которые, передвинув удобнее кинжалы на поясе, активно стали подтягиваться ко мне… Рецкая солидарность она длинную репутацию имеет. Так что смотрел на меня генерал теперь серьезно, видимо подозревая во мне королевского бастарда. Не меньше. Ну я так думаю…
— Онкен, позови сюда кого-нибудь из своих, к секретам допущенных… — приказал король. — Будет протокол вести, чтобы дельные предложения не забыть потом.
Повернулся к столу и спросил:
— Итак, полковник, что у вас там, в имперском генштабе намудрили с нашим наступлением?
А я только сейчас обратил внимание на малиновые лампасы на полковничьих штанах. Так вот ты какой, лесной олень? Мозг имперской армии…
Беззвучно просочился в кабинет молоденький флигель-адъютант из дворцовых, присел в сторонке за небольшой столик, приготовив блокнот и карандаш.
Король разрешающе кивнул головой.
