— Ну, вот ему-то я стал бы верить в самую последнюю очередь! — отмахнулся Паппий Второй. — Нашёл у кого спрашивать — это же один из самых главных мастеров по сокрытию истины…
— Никого из епископов в столице сейчас нет.
— Да и поздно уже! Церковь всегда вела свою игру — не изменят они этому правилу и сейчас.
Король уселся в кресло и подпер голову рукой.
— Доспех… Что за доспех, ты выяснил?
— Увы, Ваше величество, нет…
— Плохо. Да что там — совсем фигово! Серые появляются раз в пятнадцать-двадцать лет…
— А мальчишке — почти четырнадцать, Ваше величество…
— Но все они — приходят извне!
— Никто из них раньше и не женился на местных… и детей у них не было. Во всяком случае, о них никто и никогда не слышал.
— Да уж, нам только таких детишек тут и не хватало для полного счастья! Вот что… — король выпрямился в кресле. — Где Рунный клинок?
— В замке Ерш, надо полагать. Во всяком случае — он там был в прошлом году.
— Это достоверно известно?
— Ну… его видели на боку у мальчишки.
— Граф! Это — точно тот самый клинок? Не имитация?
— У нас нет в этом замке настолько доверенных людей, чтобы мы могли это проверить. Осмелюсь спросить — так ли это важно, Ваше величество?
— Легенс, Легенс… — покачал головою монарх. — А ведь это оружие всегда возвращается к своему хозяину!
— И если в замке имитация…
— То Серый — жив! И это всё меняет!
— Да уж… — граф вытер внезапно вспотевший лоб. — Но как это выяснить? Меч ни разу не вывозили из замка!
— Придумай что-нибудь! Хотя… парню четырнадцать?
— Скоро будет, Ваше величество.
— И формально он уже может вступить в права наследования… и принести ленную присягу.
— Его отец этого не делал — он получил лен по праву тетравленда, как взятый с бою.
— Но сын-то — ни с кем за него не дрался? Каковы его права в таком случае?
— Формально — если он примет графство из рук матери, которая тоже вам не присягала, как женщина, мальчишка может объявить себя вольным графом. Два независимых законных владельца — он третий. Законники его поддержат, а уж про баронов я и вовсе молчу… Им только дай повод! Да и герцог… этот тоже в стороне не останется. Любое ваше ослабление — только ему на руку.
— Так… — Паппий задумался. — Ты думаешь, что парень откажется мне присягать?
— Тонкий момент, Ваше величество. Он может это сделать. Особенно — как сын Серого.
— Да?! А как он это докажет? Не то, что он его сын — а то, что к нему перешла сила отца? Отца — не матери!
Граф сжал губы и некоторое время молчал.
— Если он будет настаивать на своем праве третьего независимого наследника — наше дело проиграно, бароны встанут на его сторону. Просто для того, Ваше величество, чтобы ещё раз подчеркнуть свои права, как знати. А вот если он объявит себя Серым… он останется в одиночестве, дворянство не поддержит такого наследника. И даже если мальчишка не сможет этого доказать и прибегнет к первому варианту — единодушной помощи знати уже не получит. И что бы ни случилось с ним и его матерью в дальнейшем — ваше право наследования графства Мег никем не будет оспорено.
— Значит, он не должен выбрать первый вариант! Посылай им приглашение, Легенс! От моего имени, повод придумай сам. Но парню должно исполниться четырнадцать лет именно здесь — во дворце! И заодно — мы узнаем, жив ли Серый…
— Ложись! — мощный удар в спину бросает меня на камни. — Голову прячь!
И, стоит мне только автоматически выполнить эту команду — как сверху что-то противно взвизгивает. По каске барабанят мелкие камешки, выбитые из скалы чужими пулями. Душман не унимается — раздосадованный внезапным исчезновением цели, он снова и снова поливает место моего падения очередями. У него там что — патронный завод? Когда-то же и они должны закончиться?
Как угадал — автоматная трескотня неожиданно затихает. Пользуясь этим, быстро выглядываю из-за скалы — присев на колено, мой противник меняет в автомате спарку магазинов. Они у него длинные — от пулемета, вот отчего он стрелял так долго!
Больше не будет!
Вскидываю свое оружие.
Видимо, он что-то успел почувствовать — в последний миг басмач бросается на камни ничком, и мои пули вспарывают воздух у него над головой.
Но патроны у меня есть, в отличие от моего противника я не стреляю длинными очередями. И уже вторая пуля находит свою цель! Мой противник вскакивает, волчком вертится на месте и снова оседает — уже бесформенным кулем.
Есть один!
И тут же — второй, этот просто дуриком вылетает на мою очередь. Совсем ещё пацан… но с автоматом в руках — он тоже пришел сюда, чтобы меня убить. Извини, конечно, но в данном вопросе я тебе не помощник…
— Молоток! — это старшина Измайлов. — Налево смотри! Неспроста этих пацанов сюда гонят, они наше внимание отвлекают! Тут толпа целая, а там что-то подозрительно тихо! Не бывает так!
Сбоку слитно бьют автоматы моих товарищей, и я — совершенно машинально — поворачиваюсь в ту сторону.
— Не туда! — снова кричит старшина. — Где левая рука, забыл, что ли?! Сено-солому привяжу!
Он прав, а я, лопух эдакий, отвлекся не по делу.
Снова смотрю на тропку.
