Докторишка извлекает из внутреннего кармана сложенный листок, разворачивает, читает, шевеля маленькими седыми усиками, поднимает на Славу печальный взгляд:
— По документам все сходится!
— Каким еще документам!
Слава разворачивается и бросается к выходу. На мгновение сердце замирает при мысли, что столпившиеся люди не пропустят его, но толпа расступается с неожиданной легкостью, хотя и тянутся к бегущему руки, хотя и несется вдогон зловещий шепот:
— Это он. По документам сходится!
Слава вырывается на улицу и одновременно падает с кровати, вываливаясь из сна. Минут пять сидит он, дико озираясь по сторонам, потом постепенно успокаивается, шлепает в ванную, пускает в унитаз тонкую прозрачную струйку, брызгает в лицо из-под крана, вытирает влажные руки о виски и возвращается в постель, чтобы забыться тревожным сном, полным кошмаров и просто несуразиц.
Проснулся Слава от звонков и требовательного стука в дверь.
Невероятно, но с первого дня этого чудовищного эксперимента Слава ни разу не проснулся сам и ни разу не лег, не получив на ночь хорошую встряску вместо колыбельной.
На часах — половина одиннадцати. Утро. Почти день.
Слава поплелся к дверям, прихватив «любимый» топорик:
— Кто?!
— Славка! — радостно забасил из-за двери Кинг-Конг. — Живой, кошачий ершик! Открывай давай!
Не ожидая от соседа подвоха, Слава открыл.
Перед дверью столпились и теперь пялились на заспанного парня собственно Кинг-Конг, Андрей Юрьевич, две бабушки, старичок с мопсом, почтальонша и дама с девочкой.
— Ну, здоров ты спать! — отбойным молотком грохочет Кинг-Конг и ржет непонятно чему. — К тебе тут вот гражданин. А я вроде слышал, что ходит кто-то ночью.
Кинг-Конг добросовестно выбивает пыль из Андрея Юрьевича, которого аж качает от этих дружеских хлопков.
— Да, я хотел поговорить, — лепечет «обхлопанный» делец.
Между делом Слава вспоминает, что стоит перед публикой в одних трусах, и как-то автоматически прикрывается руками, позабыв, что в одной из них зажат топорик. Вряд ли молодой человек, прижимающий к гениталиям орудие для разделки мяса выглядит пристойнее, нежели просто юноша в трусах, но сравнивать некогда.
— Заходи, — скомандовал Слава Андрею Юрьевичу.
Пропустив гостя в прихожую, он обвел собравшихся уничтожающим взглядом, но прежде, чем захлопнуть дверь, наткнулся на взгляд почтальонши.
— Вам тут! — тотчас выпалила та, стремительным жестом протянув новую порцию корреспонденции. — Три заказных, бандероль и две повестки.
Не вникая в детали, Слава быстро нацарапал шесть закорючек и снова взялся за ручку двери.
— Все свободны, всем спасибо! — выдал он зевакам, прежде чем оглушительно хлопнуть дверью.
— Что у вас? — спросил Слава сухо, когда круг гостей сузился до одного.
— Я… Э… — Андрей Юрьевич покосился на топорик. — Я вчера звонил весь вечер…
— Я его вырубил. Скрываюсь от спецслужб. Так что?..
— Да… — топорик в дрожащей руке явно занимал не только внимание, но и все мысли визитера. — А вы… любите готовить?
— Люблю… — с мрачной усмешкой подтвердил Слава и отбросил оружие в кухню. — Так что случилось?
Андрей Юрьевич тотчас успокоился и заговорил быстро, в своем стиле:
— Вячеслав, дорогой мой! Обстоятельства складываются таким образом, что я, к сожалению, не смогу выполнить своих обязательств. То есть я готов передать вам двадцать тысяч, но полностью решить ситуацию с этим… отморозком… с Фрегатом…
Слава тяжело опустился на галошницу, уронив свежую почту.
— Но вы же говорили…
— Да, все верно, но так складывается… — затараторил, переминаясь с ноги на ногу делец. — Понимаете, у меня очень хорошие контакты в этой среде, я, в принципе, могу разрулить любую ситуацию, но тут — особый случай. Этот Фрегат — из беспредельщиков. Он, конечно, имеет определенный авторитет, но… он сам по себе. Никому не подчиняется, ни с кем дел не имеет. Вообще не очень понятно, как он набрал такой вес. Пять лет назад о нем никто не слышал, и вдруг он выскочил, вынырнул, как кусок… как поплавок, и сразу при бригаде, при наколках, при авторитете. Есть мнение, что он все это просто купил. Случается, к сожалению, такое. И коронуют за бабки и…
Слава поднял руку.
— Лекцию после. Значит, тут на вас не рассчитывать?
— Ну… Видите ли… Я очень заинтересован помочь вам. Если я могу быть полезен… в чем-то еще. Или я могу деньги привезти. Или еще как-то…
Славу посещает шальная мысль:
— Есть другой вариант. Знаете Жору Архитектора? Казино «Пять тузов»?
— Жору? Архитектора? Разумеется! У него не одно казино. А что касается залов с автоматами…
Славе некогда слушать про Жору.
— Он в системе? С ним можно договориться?
— Разумеется! — Андрей Юрьевич повеселел было, да спохватился. — А о чем?
Слава собрал в кулак весь свой актерский потенциал и произнес самым беззаботным тоном:
— Да какое-то недоразумение. Мне маленько поднаперло в его казино. Правда, сначала я здорово спустил, да и потом этот выигрыш почти ушел. Но у него закралось подозрение, что я то ли сговорился с крупье, то ли еще что-то… В общем, не охота мне время тратить на эту ерунду.
