Сима молча протянул руку и взял добычу. Интуиция подсказывала ему, что пора сматываться. Не иначе в кармане этого странного дяди включен мобильник или другое какое устройство, и уже мчатся к этому дому телохранители.
— Часы снимать? — услужливо поинтересовался ограбленный и с готовностью протянул руку к запястью.
— Не надо, — процедил Сима, косясь на Пуха, в кармане которого был слезоточивый баллончик.
— Значит, грабеж окончен? — заметно повеселев, уточнил мужчина в плаще. — Тогда слушайте сюда. Вы взяли у меня шесть тысяч рублей, две триста двадцать пять американских долларов и двадцать английских фунтов…
Сима покосился на Пуха. Пора было выключать мужика и бежать, но Пух замер, словно кобра, заслушавшаяся дудочку факира.
— Завтра, в это же время вы принесете сюда эту сумму плюс сто процентов штрафа за совершенный беспредел…
Сима толкнул тормозившего приятеля бедром. Опасность не просто витала в воздухе. Ее смрад сгустился настолько, что перехватывало дыхание. Пора было пшикать газом и заканчивать этот балаган.
— …Если не найдете фунты, можете привезти доллары или евро по курсу…
Сима шикнул на Пуха, зверея от сознания того, что корчащий крутизну незнакомец заметил их замешательство и теперь борзеет на глазах, перехватывая инициативу.
— …отдадите моему человеку. Он будет стоять здесь и держать этот бумажник. Если вас завтра здесь не окажется…
Ударил его Марк. Даже не Лопата, кулаки которого чесались двадцать четыре часа в сутки, а именно Марк, рассудительный и осторожный, непонятный и нерасторопный чистоплюй Марк, который всегда последний бил пьяного и не скрывал брезгливости, когда получал свою долю.
Так или иначе, Марк треснул мужика по затылку рукояткой ножа, и мужик повалился, подпрыгивая на ступенях и на ходу заворачиваясь в свой дорогой плащ. Через пару секунд он уже лежал, скатавшись клубком у ног Симы и Пуха.
— Атас! — негромко скомандовал Марк и, перепрыгнув через тело, первым побежал по лестнице.
Остальные последовали его примеру.
Никакой машины с телохранителями у крыльца не оказалось, а четверке грабителей хватило ума и выдержки уйти бодрым шагом, а не галопом, который обратил бы на себя всеобщее внимание.
— Ну, и кто был прав, а? — лицо Симы сияло. — Нормально срубили денег, а? Нормально?
— Если на то пошло, то прав был я, — поправил товарища Лопата. — Это я придумал трясти…
— Да ладно тебе! — примирительно отмахнулся Сима. — Делим «капусту»?
Дележ был простым и скорым. Небольшая заковыка случилась из-за фунтов, но рассчитались и с ними.
— Блин, приятно видеть! — сообщил свое мнение Лопата, соорудивший из купюр веер.
— Я, кстати, знаю, где еще телки живут, — сообщил Пух, убирая в карман свою долю.
— Можно обсудить, — Сима поощрительно хлопнул его по плечу. — А пацаны? Лопата? Марк?
Только Марк не улыбался.
— Лучше обсудить, почему ты его не вырубил, — мрачно сказал он Пуху.
— Да ладно тебе… — Сима примирительно положил руку на плечо Марка, но тот руку сбросил.
Пух забормотал в ответ что-то невнятное, потом вдруг распетушился:
— А что такое? Чего ты вообще наезжаешь?
— А то, что баллончик был у тебя, и ты должен был…
— Должен! — фыркнул Пух. — Никому я ничего не должен! Вместе шли на дело, вместе все и делали. Один за всех. Работаем вместе, рискуем поровну. У тебя бы не получилось — Лопата помог бы, у Лопаты не срослось — Сима подключился бы. Мы одна бригада, понял? Ты его вырубил — и молодец. В следующий раз, может, ты затормозишь, а я тебя вытащу. Может такое быть?
— Офигенный у тебя расклад! — завелся и Марк. — Бригада! Профсоюз недобитых мушкетеров! У тебя был баллончик, а мне пришлось его по башке стучать. А если я ему башку пробил? А если он загнулся? Это знаешь, чем пахнет?
— Не каркай! — попытался вмешаться Сима, но Марк его оттолкнул.
— Знаешь, чем это пахнет, Пух? Ты всех подставил, понял? Мы теперь все, может быть, под мокруху попали. За какие-то сраные восемьсот баксов! Причем, заметь, как бы ни сложилось, для меня это будет пахнуть гораздо сильнее, чем для вас, потому что я ударил его по башке, а вы просто соучастники! Так кто после этого больше рисковал?!
— И что ты предлагаешь?! — Пух сорвался на визг. — Отдать тебе мою долю?!
— А хоть бы и так!
— Мужики!
— Уйди ты!
Ссора закручивалась со скоростью смерча.
— А я вот не врубился… — низкий голос Лопаты, не принимавшего участия в этой перепалке, обратил на себя внимание сцепившихся. — Не врубился я, про что это такое мужик балакал. Какие-то штрафы, беспредел. Про что это он?
— На понт хотел взять, — тотчас ответил Сима. — Мол, он крутой мафиози, а мы дети, пальцем струганные. Думал, мы струхнем и отвалим.
— Если так, то мужик — хороший актер, — Пух с облегчением отцепил от себя руки Марка.
— И нервишки у него — гы-гы! — поддакнул Лопата.
— Да, но не на тех напал фраер поганый! — на мажорной ноте подвел итог Сима. — Уделали его по полной программе!
— Вы зря так расслабились, — сказал Марк мрачно. — Я бы вообще на время залег на дно. Черт его знает, кого мы трясонули. Видели, сколько у него в лопатнике всяких карточек натыкано? Целая галлерея.
