— А она фыркнула и заявила, что делать ей больше нечего. Мол, тогда её все дружно и придушат. Мол, такие предложения может выдвинуть тот, за кем есть реальная сила.
— Так, а о чем вы все-таки спорили?
— Я сказал, что наше невмешательство всех устраивает. А она рассмеялась и заявила, что вопрос нейтралитета герцогства обязательно возникнет. И вот теперь я должен ей привезти из поездки какой-то аленький цветочек. Нет, она точно издевается!!! — неожиданно взорвался Турий. — Кой черт я должен тащить из Парса этот алый цветок, если у нас в саду этих цветов как грязи⁈ Маки, розы, тюльпаны! От бледно-розового, до ярко-красного! Явно ведь что-то из этой её связи с астральным близнецом. Сама смеётся, но над чем, говорить отказывается. Говорит, обязательно цветочек из сада короля…
— Что? — Альвира вдруг резко выпрямилась. — Что она сказала? Я эту мелочь придушу!!! Пусть только появится, я её… Я ей…
— Эм? — все растерянно смотрели на бушующую королеву.
Та глянула на Турия.
— Конкретно, что она сказала?
— Ну… сказала, что если я проиграю, то должен ей привезти аленький цветок из королевского сада… А что не так?
— Точно придушу. — Альвира вдруг усмехнулась и покосилась на Юрмию. — Вот с ней всегда так. Хочется придушить и затискать. Турий, ты не поймешь, просто, когда она приезжала тогда, я расспрашивала её про астрального близнеца и про то, каково это. Просила рассказать что-нибудь. Она тогда и рассказала мне сказку про этот самый аленький цветочек…
— А в чем суть? — заинтересовался Леодрик.
— Ну… там была дочь богатого купца, которая попросила отца привезти ей аленький цветочек, но тот нашел его только в каком-то загадочном саду…. В общем, в том саду жило чудовище, которое согласилось отдать цветок в обмен на дочь купца.
Помолчали. Леодрик задумчиво глянул на Турия.
— Я не понял, твоя сестра только что меня чудовищем назвала?
— Не в этом суть, — усмехнулась Альвира. — Чудовище-то оказалось заколдованным принцем, расколдовать которое может только искренняя любовь. В общем, она так намекнула, что Леодрик — чудовище, но с ним можно иметь дело, если его любить и баловать. Мне послание, короче, — Альвира окончательно смутилась. — Просто вам она не рассказывала сказку, только мне. Только я и могла понять смысл…
Турий с Леодриком переглянулись. Король хмыкнул.
— А что, мне нравится. Алька, люби меня и балуй. Кстати, мы опять отвлеклись. Турий?
— Вы же понимаете, что я не могу вот так сразу решить? Если так стоит вопрос, то, полагаю, нам нужно общаться побольше…
— Потому я и позвал сюда Юрмию. Турий, поверь, какую-нибудь идиотку или лицемерную сволочь я бы тебе никогда не рекомендовал бы. Я лучше всего понимаю, насколько важно, чтобы был кто-то рядом и сумел поддержать тебя в трудную минуту. — Король глянул на Альвиру. — Знаешь, а признаться, я даже рад сейчас, что отец провернул эту свадьбу… Конечно, мы много спорили и ругались, но зато это помогло нам лучше узнать друг друга. Именно Альвира поддерживала меня в трудные дни. И она же помогла мне противостоять матери. Поскольку ты остаешься здесь, то у вас будет много времени на знакомство, вы успеете узнать друг друга. Я вообще предлагаю сделать такие вот встречи постоянными. Нам стоит друг с другом обсуждать все те вопросы, которые сейчас решает регентский совет. Я не всегда с ними согласен, но пока ничего не могу сделать. И даже не уверен, кто тут больше прав.
— Ледорик хочет сказать, что ему хотелось бы услышать чье-то стороннее мнение, кому он доверяет, по тем или иным вопросам. Взгляд со стороны, — поддержала мужа королева.
Турий вздохнул.
— Ну вот как у неё это получается? Придется добывать этот чертов цветок… Эх. Я с вами, ваше величество. Я пока не герцог и, надеюсь, еще долго им не стану, но как наследник, заявляю о полной поддержке вашего величества.
Элайна вернулась из города крайне уставшей и измотанной. По большому счету никаких дел в комитете у неё не было. С отъездом графа Лерийского и Картена вся работа сосредоточилась на подготовке города к обороне. Все обсуждения свелись к подсчету припасов, которые каждый день завозят в город, учету беженцев, проверки укреплений и возведение новых. Ни в чём этом Элайна не разбиралась. Пыталась вникать, но так, постольку-поскольку. В основном всю работу сейчас взял на себя капитан Марстен Дайрс. Он же и руководил всеми работами. Также вместо уехавшего Картена стал просматривать приходящие сообщения с границы, которые позже передавал графу Ряжскому, а тот уже из них делал свои, порой довольно парадоксальные выводы, но которые неизбежно оказывались верными.
