— О-о-о… То есть сейчас все приказы капитана являются, по сути, приказами самого герцога?
— Совершено верно. Если Элайна Райгонская их утвердит своей подписью.
— Тогда всё понятно, разве нет? Что тебя волнует?
— Я знаю капитана Дайрса. Он не полководец. Он всегда оставался на вторых ролях, по сути, он является десницей герцога. Я не преуменьшаю его талантов, он великолепный тактик. Он может решить сложнейшую задачу на поле боя, если указать цель. Но он не стратег. А то, что происходит сейчас в герцогстве, похоже на четко продуманный план. Может, Дайрс и изменился с момента нашей последней встречи, но…
— Так там же еще есть Лерийский, вроде бы.
— Отличный организатор, который ни разу не был в сражении. Кроме того, весьма высокого мнения о себе.
— Ты хочешь сказать, что распоряжения отдает девчонка?
— Ей двенадцать лет, ваша милость. К тому же она почти не покидала пределов замка и его окрестностей. Сомневаюсь. Скорее всего, у герцогства появился талантливый командир. Если Лерийский его не задавит, а он может, он довольно ревнив к чужой славе, то мы скоро о нём услышим.
— Вот как… Что ж, присмотрись, Кларий, потом сообщишь, что узнаешь. Возможно, позже стоит помочь немного Лерийскому…
Кларий Тизий с поклоном удалился.
Дорстен Лерийский, делавший доклад комитету, выглядел слегка помятым, пыльным, усталым, но целым. Говорил он много, сумбурно, но даже Элайна понимала, что полезной информации в этом потоке слов крайне мало. Поглядывала на капитана, но даже не пыталась вмешаться. Просто откинулась на спинку кресла и слушала. Капитан тоже, не перебивая, слушал, а поскольку он тут единственный был профессиональным военным, то остальные также все оставили на него, предпочтя, как и Элайна, роль зрителей.
— Как я понял, вы все-таки ввязались в бой с одним из отрядов гарлов, хотя вам было приказано таких сражений избегать и отступать, — сделал вывод капитан. — Шевалье, на кой вы ввязались в бой?
— Я не виноват, граф! Это всё этот Картен! Вообразил себя великим полководцем и ввязался в сражение. Пришлось на ходу многое решать…
— Картен в вашем отряде был всего лишь советником и проводником, — резко отрезал Марстен Дайрс. — Каким образом он что-то мог возглавить?
Лерийский замялся.
— Ну-у… Я посчитал, что раз он опытный командир с границы, то можно доверить ему отряды разведки…
Капитан покосился на Элайну, которая по-прежнему сидела в кресле, подперев подбородок и пристально разглядывая шевалье Лерийского. Она вообще, похоже, с него глаз не спускала с того момента, как он начал говорить, чем явно нервировала самого шевалье, который этот пристальный немигающий взгляд заметил.
— Ладно, — Марстен Дайрс вздохнул. — Мы еще будем разбираться с тем, что произошло, позже. Если ни у кого больше нет вопросов…
— У меня, — вмешалась Элайна. — Меня интересует только один вопрос, и ответ я на него получу обязательно. Я хочу знать, что там произошло! Пошагово. Я принял такое решение, получил такое вот донесение от разведки, сделал то-то.
— Эм… Ваша светлость, вы хотите, чтобы я рассказал…
— Написали, шевалье. Записали самым подробным образом. Я уже отдала распоряжение гвардейцам, вас проводят в отдельную комнату, там для вас приготовлен отличный ужин, вино, мягкая кровать, а также стопка листов и перья с чернилами. Вы не выйдете из этой комнаты до тех пор, пока у меня вот тут, — Элайна легонько стукнула ладонью по столу, — не будет лежать ваша записка.
— Ваша светлость, меня задевает такое недоверие…
— О чем вы, шевалье? — резко оборвала его Элайна. — Какое недоверие? Мы разрабатывали план, к вам была одна просьба — сохранить армию… Вы потерпели поражение. Я хочу знать, где мы просчитались. Возможно, гарлы оказались умнее, чем мы думали. Потому еще раз: Я! Хочу! Знать! Что! Привело! К! Поражению! У нас на носу война за выживание герцогства, и мы не можем себе позволить относиться к поражениям легкомысленно. Более того, я считаю, что наиболее ценные уроки можно извлечь именно из поражений. Считайте, что на вас возложена важная миссия — описать и проанализировать, что привело к такому. — Элайна помолчала, взгляд ожесточился. — И не думайте, что вы единственный такой. Я уже распорядилась всех вернувшихся офицеров отправить по таким комнатам. И не переживайте, их будут снабжать всем по высшему разряду. Я даже распорядилась отправить им лучшего вина.
Девочка взгляда от лица шевалье не отводила, потому заметила его состояние.
— Что с вами? Вам плохо?
— Ваша светлость, возможно, будет лучше нам собраться вместе, обсудить…
— О, не переживайте, шевалье, это тоже будет. Но только после того, как у меня будут записки от всех офицеров.
— Это похоже на арест…
— А это похоже, что вы упорно отказываетесь помогать в обороне… Или вы боитесь, что ваши офицеры напишут что-то не то? Так и думала, тогда и вам нечего переживать. А насчет ареста… Где вы видели, чтобы арестантов поили лучшим вином и кормили деликатесами? Поверьте, все у вас будет там по высшему разряду. — Элайна крикнула, и на ее голос сразу вошли два гвардейца. — Проводите шевалье в комнату отдыха, — кивнула она им.
