"Я тоже отныне здесь не званый гость", — с горечью подумала Гелька, а вслух сказала:
— Спасибо. Если не трудно, верните мои тапочки шефу, они мне больше ни к чему.
На неё опять странно посмотрели, и Ангелина, неловко кивнув, направилась к трубе, на ходу закружилась и вылетела в узкое отверстие. Ей показалось, что вслед ей донеслось: "Инопланетянка…"
Ход действительно был единственный, при этом очень извилистый. Он проходил в трещине старого мощного фундамента, и наружу его выводила небольшая труба, вроде стоящей входе. Она торчала под свисающим на арматуре увесистым обломком стены, и подлезть к ней "по-человечески" мог решиться только самоубийца — слишком неустойчивыми выглядели громоздящиеся над ней развалины.
Едва вырвавшись на поверхность, Ангелина устремилась прочь.
«Теперь в больницу. Знать бы, который час! Часов в десять мама наверняка начнёт беспокоиться. Особенно, когда Гоша вернётся с гулянки без неё… Надо ещё успеть полежать под Соларом! Конечно, за один раз эта пакость не рассосётся, но хотя бы не придётся каждые два часа колоть обезболивающее. И надо успеть показаться дома до того, как она опять отправится на свидание к Пете. И… кажется, придётся забыть о том, что она совсем не спала. Что за ночь!»
Ангелина с разгона ткнулась в знакомую форточку, едва не выбив стекло. Если могла бы, она застонала от разочарования. Закрыто! Внизу, на кушетке под Соларом кто-то лежал. Ей казалось, что она слышит через окно знакомое гудение. Ну, конечно! Егор! С души упал тяжёлый груз — парень будет в порядке! Но где же Борис Витальевич? Долго ли придётся ждать?
Скользнув осторожно вдоль стены, она заглянула в ординаторскую: незнакомая женщина — врач, судя по халату, повернувшись задом к окну, копалась в сумке. И здесь его нет! Окно приоткрыто. Если только дамочка выйдет… Есть! — достав что-то из сумочки, женщина вышла в коридор, а Гелька, просочившись в окно, молниеносно обернулась. И вовремя. Она ещё доворачивалась, удерживая равновесие, когда дверь распахнулась, и в ординаторскую повалили врачи (обход у них, что ли, закончился?) Передние замерли на пороге при виде Ангелины.
Было, наверное, на что посмотреть: бледное лицо в крапинку, горящие глаза, растрёпанные волосы, растянутый донельзя свитер, босые крапчатые ноги и коробка с новеньким мобильным под мышкой.
— Доброе утро! Я ищу Бориса Витальевича, — дружелюбно заявила Ангелина, надеясь, что ситуация как-нибудь рассосётся. Но ошиблась.
— А-а-а! — завизжала вдруг девушка в задних рядах, тыча в неё пальцем. — Эта та! То!..
Компания врачей взволновалась и отшатнулась к двери. Ангелина испуганно отступила было к окну, но заставила взять себя в руки — сбегать при таком количестве свидетелей было недопустимо. И она внешне спокойно, хотя и судорожно сжимая при этом свою коробку, нахально направилась к двери.
Гелька улыбнулась, это придало ей уверенности. Доктора расступились, пропуская её, и Ангелина с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться, и не напугать их ещё больше.
Уже выйдя за порог, она обернулась.
— Так что Полетаев?
— Борис Витальевич уехал домой на пару часов отдохнуть, — ответил кто-то неестественно высоким голосом и прокашлялся.
— Спасибо, — печально поблагодарила Ангелина и внезапно снова повернулась к врачам. — Кто-нибудь из вас сможет сделать мне обезболивающий укол?
Ответом ей было недоуменное настороженное молчание. Что же это? Она за время своих 'лежаний' настолько выпала из жизни, что теперь всё, что бы она ни сказала, кажется дикостью? Что те, в мастерской, что эти… Почему все так странно на неё реагируют?
Ангелина вздохнула и достала из коробки две ампулы и шприц.
— Вот. Это мне дал Денис — помощник Бориса Витальевича, чтобы, когда действие предыдущего укола пройдёт, кто-нибудь его повторил. Раз уж я в больнице…
Она держала лекарство в вытянутой руке, не особенно, судя по лицам докторов, надеясь на успех. Но вот один из них — высокий симпатичный парень, мотнул головой, словно сбрасывая наваждение, и протянул руку за лекарством.
Ангелина просияла. И эта естественная реакция почему-то разом успокоила окружающих. Они сконфуженно заулыбались и всей гурьбой вернулись в ординаторскую.
— Садись, — указал ей на табурет парень, забирая у неё ампулы и разглядывая их содержимое. — Сильное лекарство. Говоришь, Денис его тебе дал?
— Угу, — Ангелина поднимала рукав, а молодой человек не спеша доставал спирт и вату.
— Это же ты лежала с огнестрельным ранением в 16 палате? Там ещё взрыв произошёл?
— Да, я, — Гелька уже жалела, что ей приспичило делать инъекцию в этой компании.
— А сейчас с тобой что? — врач осторожно дотронулся до её лица, разглядывая гематомы. — Какие-то крошечные кровоизлияния…
— М-м, — Ангелина пожала плечами, пытаясь выдумать себе диагноз.
— Хрупкость сосудов? — он затянул руку жгутом.
— Но это не должно быть больно, если только… — врач осторожно ввёл в вену содержимое шприца, — … если только внутри не хуже.
Врач втянул немного крови обратно в шприц и выдернул его из руки, придержав тампоном.
— Сделаю тебе анализ крови.
