Вдруг порыв ветра ослабел, и она скользнула вниз, вывалившись из месива облаков в ветреную ночь. Земля чернела внизу сплошной громадой — нигде ни огонька. В отчаянии озирая окрестности, Ангелина направила свой планирующий полёт в сторону края неба, казавшегося более светлым. Только бы это не был призрачный свет восходящей Луны! Плавно падая, она старалась продолжать двигаться в нужную сторону. Но постепенно её цель скрыли деревья. Ещё некоторое время, петляя между стволами, Гелька держалась в воздухе, но вскоре, обретя тело, скатилась на удушливо пахнущую землёй подстилку из прелых листьев. Здесь, внизу, за стеной деревьев, ветер почти не ощущался, только их макушки высоко вверху раскачивались и скрипели.
Место было глухое и страшное — самая чащоба, под стать её маскировке под "привидение". Ангелина вдохнула и поняла, что в виде "привидения" было куда лучше: воздух морозным облачком вырывался изо рта от её хриплого дыхания, липкий холод пробирал до самых внутренностей, не смотря на то, что она, к своему удивлению, оказалась закутана в больничное одеяло, вместе с которым упала с кровати, спасаясь от преследователя. Из одежды на ней были только домашние брюки, носки и футболка. А этого для осеннего марш-броска до города было явно не достаточно. Тем более, что попытавшись встать хотя бы на четвереньки, Ангелина поняла, что это ей не под силу.
Она ворочалась на липнущих к телу мокрых листьях, стараясь приподняться, но ослабевшие руки обессилено подламывались. Всё, конец! Осталось только сложить их на груди и… Интересно, как долго ей предстоит дожидаться, пока неизбежное случится? И сколько проваляется здесь её несчастное тело? Её никогда не найдут, и мама не узнает, что с ней случилось, и станет искать и ждать!
С безнадёжным отчаянием уставилась девочка в просвет между гнущимися кронами деревьев, по которому неслась белёсая рвань облаков, как на недоступный выход из капкана. Она отказывалась верить, что это конец. Что-то должно было случиться! Какое-то чудо! Вокруг неё последнее время происходит так много необъяснимых чудес!
Вдруг однообразный лесной шум прорезал резкий звук, напугав Ангелину, дёрнувшуюся от неожиданности в своём коконе из одеяла. Какое-то повторяющееся громкое гудение раздавалось совсем рядом — прямо под ней! Гелька испуганно шарила руками по мокрым листьям. Господи, что это ещё за напасть в глухом лесу, когда она спокойно собиралась отдать концы? Рука её скользнула по бедру — что-то твёрдое у неё в кармане. Боже! Раздирая спеленувшее её одеяло, она просунула руку к карману брюк. Скорее! Телефон! Он всё время был с ней и теперь звонил, соединяя её с людьми, давая надежду, что не всё ещё кончено, что ей помогут, должны помочь!!
— Алло! — прохрипела она отчаянно, стараясь проглотить в горле ком внезапно вырвавшихся слёз облегчения, мешающий говорить.
— Ангелина! — раздался в трубке гневный голос Учителя. — Что ты себе позволяешь? Ты в Организации на особом положении, но это не даёт тебе право пренебрегать элементарными правилами приличия!
— Я… — попыталась было сказать Ангелина, но Учитель не дал ей договорить.
— Мне только что позвонил Борис Витальевич — он в ярости: палата разгромлена, а ценная пациентка испарилась в форточку! И ему теперь приходится объясняться, как из его отделения, из палаты на третьем этаже, исчез человек! Твоё счастье, что его уникальный прибор не пострадал, не то я бы за твою драгоценную шкурку!..
— Сергей Петрович!! — завопила Гелька в трубку, что было мочи, и Учитель, наконец, замолчал. В трубке теперь слышалось только пиканье телефона, подающего какие-то сигналы. — На меня напали. Я в лесу, не могу идти…
Телефон пропел красивый пассаж и отключился.
— Алло! Алло! — с нарастающим ужасом закричала Гелька в замолчавшую трубку и откинулась на листву. Холод как будто стал ещё стуже. А страх смерти сдавил горло и парализовал мозг: панические мысли, бестолково мечущиеся в голове, пульсировали теперь одним словом — конец, конец, конец!.. Она словно застыла в коллапсе вечности, безразличной к биению жизни…
Неожиданно Ангелина чихнула, прервав свою истерическую рефлексию, после чего ей пришлось вытереть нос краем одеяла. Потом ей захотелось сменить положение, занывшего от долгого лежания на сырой земле, тела. Устав ворочаться, она, в конце концов, уселась, посильнее завернувшись в одеяло. Хм…
Она ещё чувствовала себя усталой и разбитой, но тело её сейчас дрожало только от холода, а не от бессильных усилий. "Что это я здесь сижу?" — подумала Ангелина и, потягиваясь и разминая онемевшие члены, поднялась на ноги. Не веря до конца в такое везение, она осторожно крутанулась, вознеслась и стремглав рванула вверх к вершинам деревьев — своему выходу из ловушки и спасению.
