Когда хлопоты по первоначальному обустройству закончились и голова немного освободилась для других мыслей, я подумал, что в этой жизни еду поступать в академию на несколько лет раньше. В первой версии я отправился сюда уже женатым. Жизнь, стало быть, ускоряется. Если так и дальше будет, я далеко пойду, стану генералом и обзаведусь толстым пузом и прислугой. А мутные компании, избивающие всяких там «гош» в общественных местах, будут существовать далеко за пределами ареала моего обитания, и порезать меня окажется некому. И когда я окончательно уверюсь в собственной безопасности, в один из зимних вечеров какая-нибудь шальная сосулька брякнется мне на голову и снова отправит в увлекательное путешествие по времени. Раз уж началось такое дело, почему бы и нет? Был же, говорят, какой-то Агасфер, вечный скиталец. Только я, в отличие от него, никому в пристанище не отказывал.
А еще я подумал, что маленько запоздал родиться. Случись такое дело лет на пять пораньше, можно было бы мечтать о звании не генерала, а комиссара милиции третьего ранга. А что, звучит хорошо. Мне нравится.
На следующий после приезда день начались учебные хлопоты. В нашей группе оказалась сборная солянка – вологжане, новгородцы и несколько товарищей из лесных ИТУ, те самые, «из ящика», всего почти тридцать человек. Несколько ознакомительных встреч, то ли лекций, то ли инструктажей, – и вперед, готовиться к экзаменам. Да чтобы без формы – ни шагу. Особенно на экзаменах. Последняя фраза недвусмысленно дала понять, что на остальное время наше новое начальство и не рассчитывает заковать нас в казенные латы. А я по прошлому опыту знал, что пустое это дело, несбыточное. Представленный нам начальник курса скорбно посмотрел на нашу разноцветную ватагу и, не особенно веря в собственные слова, потребовал строгого соблюдения формы одежды. Мы дружно пообещали.
К сочинению я не готовился. Знал, что при любом раскладе выберу свободную тему. В прошлой жизни она меня вытащила на четверку, не подведет и теперь. Была почему-то такая уверенность. Этот экзамен не зря ставился первым: после него оставались такие жалкие крохи абитуриентов, что понятие конкурса вообще теряло всяческий смысл. На данном этапе мне оставалось только жалостливо посматривать на своих товарищей, которые сложными методами шаманства и недоступных пониманию оккультных опытов пытались определить, какие темы им будут предложены в этом году. Наиболее истовые из них яростно готовили шпоры с цитатами.
И вот время «Ч», мы в аудитории, конверты торжественно и публично вскрыты, на доске возникают красиво выведенные мелом темы. Чацкий, «Поднятая целина». Последней, как всегда, появляется свободная тема. По залу проносятся шорох и шепот. Народ готовится к использованию предусмотрительно заготовленных материалов. Кто-то угадал, кто-то промахнулся. Старый капитан по соседству ставит перед собой фуражку на тулью. Внутри белеет мелко исписанная бумага. Этот вроде попал в цель. Ассистент в проходе делает вид, что ничего не замечает. Ну что ж, удачи тебе, капитан. Хотя для меня сочинение и списывание – вещи несовместимые.
В этот раз свободная тема предписала нам рассказать о подвиге советского человека в Великой Отечественной войне по произведениям советских писателей. Это не страшно. Я немного подумал и коварно выбрал малоизвестную в широких кругах книгу Михаила Аношкина «Прорыв» Южно-Уральского книжного издательства. Вряд ли хоть кто-нибудь из преподавателей даже слышал про нее, не то что читал. Поэтому беспокоиться о том, что меня обвинят в искажении идеи произведения, не приходилось. Да я и не собирался ничего искажать. Книга мне нравилась, прочитана была уже в этой, второй моей жизни, так что все имена и события как на ладони. Проверяйте, если хотите. А мне осталось только связно изложить свои мысли, да не сочинять предложений с проблемными словами и оборотами.
И все-таки мандраж был. Он развивался постепенно и достиг апогея к вечеру, когда мы освободились от всех обязательных дел. Сидеть втроем в комнате капитана дальнего плавания казалось кощунством. Мы же в Ленинграде, кое-кто в первый раз. Готовиться к другим экзаменам бессмысленно, пока не узнаем результат: а вдруг?.. В качестве отвлекающего средства было решено посетить какой-нибудь пивбар и легким хмелем перебить томление души.
Вышли на улицу, и пока я – старожил как-никак – прикидывал, как лучше пройти к бару «Висла» на соседнюю улицу и нет ли прямого прохода дворами, а заодно тихонько сетовал на отсутствие геолокации, мои товарищи без всякой навигации уже все выяснили у какого-то прохожего и увлекли меня за собой.
