Приходя со школы каждый день, девочка закатывала жуткие истерики. Поводы были разные: подложенная на стул жвачка, кинутый лист бумаги в спину, исписанные тетради или самое отвратительное – специальные выскакивание некоторых неразумных индивидуумов из-за угла, чтобы спровоцировать Машу. Учителя в силу своих сил предотвращали половину издёвок, но они не могли ходить за девочкой по пятам вечно, из-за чего учёба превратилась в сущий ад. Оценки маленькой Маши неуклонно портились, а травля не прекращалась, приобретая год от года всё более изощрённые формы. Переход в пятый класс стал кульминацией.
В один из самых обычных дней зимы, когда ничего не предвещало беды, Мария шла по коридору на урок географии, когда вокруг неё собрались одноклассники. Девочка не имела представление, что им надо и, не обращая внимания, проследовала дальше, к этому моменту, она более или менее научилась жить со своей особенностью. Машу переполнял страх, но, чтобы не пасовать перед трудностями она шла будто ничего не происходит, внутренне молясь, чтобы всё обошлось. Одноклассники обступили сильнее, заключая в круг.
– Что вам нужно? – храбро крикнул ребенок, попавший в капкан.
– Шлюха, закрой рот! – крикнул самый огромный мальчишка в классе.
Он навис над девочкой и принялся злобно смеяться над её ухом, заставляя трястись от ужаса. Указательный палец его руки медленно коснулся кисти девочки, и тут произошло невообразимое. Дикий крик оглушил обидчиков, они отпрянули на шаг назад, смутно представляя, что делать дальше. Маленький розыгрыш вышел из-под контроля. Маша забилась в истерике и рухнула наземь, как и прежде зажав глаза и уши, чтобы тем самым исчезнуть, но ничего не работало, внутри девочки открылся портал. Дети, что неразумно сотворили такое, быстро побежали врассыпную, боясь быть застигнутыми на месте преступлений. На крик сбежались учителя, они и раньше видели подобное, но не в таком сильном проявление. Непонимание, что делать с Машей не покидало ни на секунду.
Приступ продлился около минуты, после чего ослепительный свет уведомил, что вокруг собрались люди и наблюдают за происходящем. Кошмар с наступлением просветления не закончился, он и не планировал кончаться.
– Да, хватит закатывать концерты! – злобно зашипела учительница английского, – Вы, что не видите она просто привлекает внимание. Маленькая дрянь пользуется своей выгодой, чтобы её заметили.
Собравшиеся педагоги с отстранённостью посмотрели на учительницу, но никак не встали на защиту ученицы. Маша между тем тихо, не проронив ни слова, поднялась на ноги, отряхнула коленки и незаметно прокралась мимо, чтобы взять свои вещи и больше никогда не появляться на пороге учебного заведения. Больше чем неприкрытой неприязнью одноклассников, она была поражена бездушием взрослых людей, будучи маленькой девочкой, которой едва исполнилось одиннадцать, ей стало очевидно, что такое отношение неправильно. Внутреннее ощущение не до конца могло понять, что именно не так, но чётко вело куда подальше.
Отец смог договориться, в середине года он пристроил свою маленькую дочь в другую школу. Школа располагалась дальше, чтобы до неё добраться приходилось вставать раньше и идти дольше, но перемена того стоила. Здесь про историю Маши не знал никто, даже директор. На этом настояла сама девочка, ей казалось, что так будет лучше. Также она придумала для себя причину находиться ото всех на достаточном расстояние. С того времени в ход пошли антисептики, их запах буквально отталкивал случайных прохожих, заставляя непривыкших людей щуриться и непроизвольно сморщивать нос. Подобная защита не могла не заставить считать одноклассницу чудной, но лучше так, чем лютая ненависть. Да, и в целом когда от Маши все отстали, она зажила лучшей жизнью, на которую могла рассчитывать. Оценки сразу улучшились, а что ещё нужно для радости.
Сознавая, что на третьем уроке наконец состоится знакомство Мария Ивановна морально подготовилась. Со звонком в пустые стены с грохотом внеслись рослые парни и девушки. Они и правда виделись в глазах учительницы взрослыми, внешний вид девочек с намалёванными ресницами делал их неотличимыми от женщин, сразу и не скажешь, что им всем по шестнадцать-семнадцать лет; мальчики в отличие от противоположного пола будто и не вышли из фазы полового созревания, большую часть их лиц покрывали прыщи, а неказистые худощавые фигуры, обтянутые в белые рубашки с расстёгнутыми верхними пуговицами, придавали комичный вид. Со стороны им виделось, что они суперкруты, их представление о себе совершенно не соответствовало реальности. Сзади всех плёлся Фролов, отстранённый и насупившийся, он смотрел под ноги, иногда приподнимая глаза на одну прелестную девочку впереди, идущую в окружении двух по виду подружек.
– Здравствуйте, класс, – выйдя в центр класса громко произнесла Мария, когда дверь захлопнулась и все расселись по местам.
