Она спасла ту девочку, но нарушила правила Осириуса, среди которых было самое главное – не раскрывать себя. Она вмешалась в судьбу подопечной, а хранителям запрещено вмешиваться в жизнь людей – это непреложный закон. За любое вмешательство полагается суровое наказание. К архангелам в Осириусе относятся особенно строго: как высшие ангелы, они должны неукоснительно соблюдать законы, быть примером для остальных. Ее ждала казнь.
Мама держалась достойно, не молила о пощаде, не оплакивала свою жизнь. Она знала, что, поступив так, она спасла жизнь этой девочке, пусть даже ценой своей жизни. Отец ничего не мог сделать, так как в Осириусе все равны перед законом. Это непреложный завет наших предков. Закону должны подчиняться все. Даже Бог.
Ее казнили на рассвете. Теплое солнце Осириуса в последний раз ласкало ее кожу, ее волосы казались золотыми в его лучах. Казнь за нарушение главного закона Хранителей публична, собралось много ангелов, те, кто ее знал, пришли проститься и оплакать ее. Ангелам не свойственна жестокость, казни в Осириусе – всегда печальное событие. По древним правилам Бог приводит приговор в исполнение и является палачом. Он ничего не мог изменить.
Она стояла в центре амфитеатра рядом с Отцом, потом опустилась на колени, а он положил свои руки ей на голову. Мама не издала ни звука, глядя ему в глаза. Ее тело начало рассыпаться, словно золотая пыль, подхваченная легким ветерком, пока не осталась лишь ее душа, сотканная из света. Ее поместили в хрустальный сосуд и отправили в Башню Солнца, в специальный ярус, где располагались души архангелов, которые закончили свой путь. Это была единственная привилегия, позволенная Отцом. Обычно души казненных ангелов отправляются в Лимбо – место, где хранятся души мятежников. Оно находится на самом краю Осириуса, там, где садится солнце, окруженное лишь мертвыми деревьями, высохшими от слез ангелов, оплакивающих своих соплеменников.
Судьба той девочки, спасенной моей матерью, осталась неизвестной. Человек, лишенный хранителя, теряет связь с Осириусом, он становится невидимым для ангелов. Только Бог может увидеть такого человека, если захочет.
Я тогда был еще мал, но все же я понимал, что все это произошло из-за того, что мама отправилась на Землю. И я отдалился от мыслей о Земле и людях, не хотел ничего про это слушать, ругался на отца, когда он начинал рассказывать мне о том мире. И не хотел даже слушать аргументы, что я являюсь Наследником. Я бы хотел никогда не видеть Земли и не встречать людей на своем пути.
Но судьба распорядилась иначе: теперь я должен решить, достойно ли человечество спасения, как думала моя мать, или же его нужно уничтожить ради спасения Осириуса.
Я размышлял о том, что сказал мне отец. О судьбе Земли и всего мира людей. О судьбе девочки, которую спасла мама ценой своей жизни. Я не могу допустить, чтобы жертва моей мамы стала напрасной. Я не знаю, что стало с той маленькой девочкой, но во имя памяти о своей матери я должен попытаться спасти людей. Я должен доказать отцу, что человечество достойно второго шанса! Миру людей осталось не так много, но я постараюсь сделать все, чтобы понять людей и доказать, возможно, даже им самим, что они достойны спасения.
Вдруг я услышал хруст веток, и до меня донесся знакомый запах полевых цветов – это была Леа. Она нашла меня сидящим у водопада.
– Ты уже выяснил зачем тебя искал Отец? – она слегка коснулась моего плеча. – Джош?
Я вздрогнул от ее прикосновения.
– Да, Леа, я был у него, – ответил я, с трудом пытаясь отвлечься от мыслей, чтобы сосредоточиться на Леа.
– Что-нибудь случилось? – она смотрела на меня своим пытливым взглядом.
– Даже не знаю, как тебе сказать…
– Скажи как есть, я все пойму, Джош, – ее рука коснулась моей щеки, – ты меня беспокоишь.
– Сбылись мои самые страшные кошмары. Я – Наследник, и я должен отправиться на Землю, чтобы уничтожить человечество, – растерянно бросил я.
– Что?! – глаза Леа округлились.
– Баланс скоро нарушится, если ничего не предпринять, то Осириус ждет страшная судьба.
– О, Джош. Но ведь… – начала Леа.
– Я знаю. Я никогда не хотел даже слышать о Земле, а теперь я должен туда отправиться. Но Отец говорит о гибели Осириуса! Он говорит, что я должен исполнить свое предназначение. Неужели все, над чем мы работали, ради чего погибла моя мать, должно быть уничтожено? Я не верю! Я должен найти другой путь!
– Не всегда мы решаем, что нужно делать. Иногда кто-то решает это за нас, – сказала Леа, смотря куда-то вдаль печальным взглядом.
– Только не за меня. Я ведь Наследник! Именно я должен решить, как поступить!
– И что ты хочешь делать?
– Не знаю. Я всегда думал, что отец назвал меня Наследником специально, чтобы привить интерес к миру людей. Но сегодня он доказал мне, что это не просто слова. Я действительно Наследник. И я должен придумать, как спасти Землю или… уничтожить ее.
– Мы можем придумать вместе! А Коул и Мо нам помогут! – оживилась Леа.
Коул и Моисей были нашими друзьями, мы росли все вместе и знали друг друга с самого детства. Но мы с Леа были намного ближе.
