– Если ты доверяешь ему и действительно считаешь другом, то почему бы и нет? – пожал плечами Реяндер. – Кто осудит тебя за собственную жизнь и выбор. Тут решать только тебе.
Лучник встал и, преисполненный уверенностью, направился в сторону домиков. Реяндер прав, ему одному было решать, кому доверять, а кому нет. И Мечник действительно был его другом, с которым они за последние месяцы прошли через многое. У Лучника почти не было друзей, как и у Мечника. От того их дружба и была ценней, несмотря на то, что за все время знакомства они успели несколько раз серьезно подраться и почти убить друг друга.
В поселении было тихо. Несколько эльфов прогуливалось по улице, еще кто-то ухаживал за садом, в остальном было пусто.
Войдя в дом, где поселили всех, он огляделся. Фелия с Эром сидели за столом, Охотник сидел на диване и рассказывал детям какую-то историю. Мечника он нигде не видел.
Подойдя к Эру, он начал жестикулировать.
– Приятель, прости, я тебя не понимаю, – он виновато пожал плечами. – Давай помедленнее и попроще.
Лучник выдохнул и показал движения руками, изображая мечи.
– Мечник?
Он кивнул, и капюшон заколыхался.
– А, он собрал вещи, попрощался с нами и ушел.
Лучник напрягся. Подняв руки, он махнул ими.
– Куда? – переспросил Эр и дождался кивка. – Сказал, что у него остались невыполненные дела, и ушел.
Лучник сжал кулаки и кивнул в знак благодарности. Он отошел, и Эр продолжил диалог с Фелией.
Невыполненные дела. Наверное, он говорил о той миссии, что назначил ему король, за которую Алред получит руку принцессы. Действительно, он хотел этого и все время рассказывал о ней. Так почему он должен все бросить, чтобы помогать кому-то?
Лучник направился к двери, но на половине пути его за руку схватил Геон, отвлекшийся от истории Охотника.
– Он ушел насовсем? – мальчик был расстроен.
– Я его обидел, сделал что-то не так? – глаза Геона наполнились слезами.
Геон, казалось, немного успокоился и кивнул.
– Хорошо. Только возвращайся, не оставляй меня, – глаза его так смотрели, что у Лучника забилось сердце.
Выйдя из дома, он направился к ближайшей дороге, ведущей из Бескрайнего Леса. На ней, как он и ожидал, находились стражники. Он сразу направился к ним.
Те слегка поклонились в ответ на его поклон.
– Да, видели, – эльфы прекрасно его понимали. – Он направился по этой тропе, но тебе ведь прекрасно известно, что дальше она разветвляется и там уже отыскать будет сложнее.
Лучник кивнул и направился дальше. Он был уверен, что ему удастся найти Мечника. И все же он не смог. Он пошел по главной тропе, ведущей на границу, но там его не встретил. Вернулся по другой. Обыскал все и вновь вернулся к границе, спросил у стражников, покидал ли земли человеческий мужчина, но они его не видели.
Мечник будто растворился, покинув эльфийские земли так быстро, что Лучник не смог его перехватить.
Ну и пусть. Быть может, это к лучшему. Хоть Лучник так думал, но не был уверен, что это так. Внезапно на него накатила обида, что Мечник просто так все оставил и ушел.
И правда, он ведь так стремился к своей Симоне.
Только Лучнику была известна правда, и сейчас он очень сильно жалел, что не рассказал ее.
Вернувшись в дом, он собрал свои вещи и был готов выдвигаться вместе с остальными. Пусть и без Мечника, но он продолжит этот путь.
Ночь была долгой. От скачки болели ноги, но Нарис не могла остановиться. Ей нужно было добраться до замка, до своего дома.
Преодолеть путь было просто. Эльфийской лошадью даже не нужно было толком управлять, она знала дорогу и вела ее безопасным путем. Проскакав до столицы, принцесса без проблем въехала в город с боковых ворот.
Было людно. Народ был неспокоен, большинство куда-то спешило. Лавки, которые обычно всегда были открыты, сейчас были заколочены, вывески сняты, уличные торговцы отсутствовали. Стоило ей въехать, как многие начали отскакивать, чтобы не попасть под копыта. Она слышала недобрые слова в свою сторону, но не обращала на них внимания.
Люди начали заинтересованно наблюдать, забыв, что куда-то спешили, когда она остановилась у ступеней, ведущих во дворец. Погладила в благодарность лошадь, которая тут же развернулась и ускакала прочь.
Нарис тяжело выдохнула. Она несколько месяцев не видела свой дом. С главной площади он выглядел непривычным.
Вон балкончик, на котором она любила с утра пить чай со сладостями. А вон окно в зал совещаний. Чуть ниже, на втором этаже, был зал, в котором они обедали. Все здесь было сплошным воспоминанием.
Ступени вели к кованым воротам. Два стражника с копьями стояли у них.