Одно это помещение было такого размера, что дом, в котором когда-то жил Эгран, в несколько раз уступал ему. Бассейн-купель чего только стоит. Разная глубина, перегородки и сидячие в нем же места, даже колонны.
– О, тебе нравится, я смотрю, – хитро усмехнулся Лаарн.
– Ты и мыть меня собрался? – проскрипел Охотник.
– Не я – они, – он махнул рукой двум другим мужчинам в таких же штанах и без верха, как у знакомого. – Отмойте его хорошенько.
– Я и сам справлюсь!
Но его слова, видимо, всерьез никто не воспринял. Любая попытка увернуться и оттолкнуть кончалась ответом божественной силы, против которой он ничего не мог сделать. Они начали раздевать его, не принимая возражений и проклятий в свой адрес.
– Я и сам… Хватит! Уж… Прекратите!.. Я вам… Отпусти… Сейчас как… Клянусь, только отпусти, и я…
Плеск воды, и вот он уже в бассейне. Они просто столкнули его и тут же подтянули к бортику.
– Перестаньте! – бушевал он. – Не тронь волосы!
– Ладно, пойду узнаю, как там у Богини дела, – смеясь, Лаарн сбежал.
***
Эгран лежал в воде на спине, смотря в потолок, выполненный несколькими полукругами. В отверстия по бокам в стенах проникали солнечные лучи, попадая на кристальные украшения под потолком и осыпаясь разноцветными пятнами по помещению.
Это успокаивало, это пробуждало внутри чувство прекрасного. Ему нравились солнечные лучи, и что они создают. Об этом он думал все время, пытаясь отвлечься от унижения. Мыли, как ребенка. Мужское достоинство этого точно спокойно перенести не могло, особенно когда это самое достоинство тоже начали намыливать.
Охотник передернул плечами и выпрямился, садясь и смахивая воду с лица и волос.
– Как купание? – раздался мелодичный голос.
Он поднял взгляд и увидел сидящую на бортике Богиню. Опустив ноги в воду, она водила ими, создавая волны. Вырез на и так полупрозрачном платье оголил ногу до середины бедра. Впервые он посмотрел на нее в таком свете. На нежную, чуть светящуюся кожу, на выраженную фигуру, округлую в нужных местах, на тонкие руки.
– Как твоя злость? – отгоняя непрошеные мысли, спросил он.
Он медленно приближался к ней, не поднимаясь.
– Лаарн получил свое, но донес до меня мысль, что ты беспокоился. И я бы поверила ему, видя искренность, с которой он говорил, тем более врать он мне не может. Вот только я знаю тебя, знаю твою ненависть ко мне и другим Богам, так что принять это уж точно у меня не получится. Просто Лаарн впервые ошибся. Такое бывает.
Эгран поднялся в нескольких метрах от нее. Вода идеально закрывала нижнюю часть тела. Но верхняя тоже привлекла внимание. Богиня обвела взглядом его фигуру, грудь и руки, опустилась ниже и лишь потом подняла глаза, столкнувшись с ним взглядом.
– Значит, легче поверить, что Лаарн ошибся, чем то, что я беспокоился?
– Ты сам-то в это веришь? – ее губы сложились в улыбку.
Правда, она тут же начала сползать, когда Эгран направился в ее сторону, причем стремительно. Хотела подняться, но не успела – руки Охотника легли по бокам ее бедер. Ее колени касались твердого живота мужчины. Она удивленно опустила взгляд, а потом возмущенно посмотрела ему в глаза.
– Что ты…
– А если я беспокоился? – с вызовом спросил он, смотря в упор на нее.
– То ты глупее, чем я думала, – как ни в чем не бывало произнесла она. – Беспокоиться за бессмертное создание? Ты бы о себе лучше побеспокоился. Тебе лишь нужно следить за девочкой.
– Что с тобой случилось? – в ответ спросил он. – Я видел вспышку, а после ты не отвечала на молитву. Еще и с таким видом вручала мне это, – он указал на свою грудь, где висел ее кулон. – Я вернулся на то место, но тебя не было. А потом появились темные.
– Ты и правда волновался? – удивленно подняла она взгляд.
– Ты исчезла. Громко и ярко. Что я должен был думать?
Она покачала головой, посмотрев на него устало.
– Я убила смертных, Эгран. За всю свою бессмертную жизнь, в которой я должна была нести лишь свет и жизнь, я впервые лишила этого дара других созданий. Созданий, которые имели собственную жизнь, выбор и путь. Я лишила их этого.
– В этом все дело? – его брови сошлись, он пытался ее понять.
– Нет. Верховный Бог наказал меня и запретил покидать Юидэйлос.
– За то, что убила?
– За то, что вмешалась. На жизни ему все равно, а вот на свои правила нет. Богам запрещено вмешиваться, что я и сделала, спасая твою жизнь. Все, ты получил ответ на свой вопрос.
Богиня махнула рукой, и Эгран отлетел на несколько метров, плюхаясь в воду и ударяясь о дно. Поднявшись, он тяжело закашлял, избавляясь от воды, которую успел вдохнуть. Возмущенно посмотрев на нее, он сделал шаг вперед.
– Еще раз приблизишься – будет хуже, – ледяным тоном произнесла она. – Не хочешь признавать, кто перед тобой стоит, – я тебе это наглядно покажу.
Она вышла, не оставляя влажных следов на полу, а он стоял и смотрел ей вслед, не собираясь признавать, что перегнул.