Стоя нагой в теплой воде, он смотрел вслед уходящей девушке, а не Богини. Какие бы фокусы она ни вытворяла, сколько бы лет на самом деле ей ни было, через что бы она ни прошла за эти века, тысячелетия, он не мог взглянуть по-другому и преисполниться всем тем, чего никогда не ощущал.
Может оно и к лучшему. Но он точно не хотел выглядеть влюбленно, как Оридар, но со страхом смотрящий на нее; как Лаарн, готовый выполнить ее любое повеление; как Нарис, Дара, Мечник и даже Кейдан – с великим почтением.
Он это он. Охотник. Дикарь. Приверженец других правил, жесткости и собственной силы. Таким он рос и таким останется.
***
– Верх одежды у вас совсем не предусмотрен? – недовольно произнес Эгран, входя в зал.
Богиня лежала на лежаке, попивая какой-то напиток, пока один из солнаров сидел рядом на корточках, что-то ей рассказывая. Она открыла глаза, оглядела Эграна и вновь закрыла.
– Не возмущайся. Твоими усилиями ты вообще мог погибнуть. Скажи спасибо, что тебя хоть помыли.
– Действительно, важная заслуга.
Солнар поднял на него удивленный взгляд, но ничего не сказал.
– Мог бы вытереться, с тебя капает, – проговорила Богиня. – Поскользнется еще кто.
– При всем уважении, Богиня, единственному, кому это может повредить – мне. Бессмертным же смерть от скольжения по полу точно не грозит.
Теперь солнар даже рот приоткрыл. Но на всеобщее удивление Богиня хмыкнула. Вытянув руку, она взмахнула рукой, и вода с пола пропала, а потом горячий ветер обдул голову Охотника, и она стала сухой, не успел он даже прошипеть от жара.
– Лаарн, позови кого-нибудь, пусть ему заплетут волосы.
– Ты уже достаточно меня за сегодня унизила. Мне хватило того, что меня намывали пахучими жидкостями в тех местах, в которых цветочками пахнуть не должно. С волосами я справлюсь.
Через несколько минут Эгран пил сок с хмурым видом, пока один из солнаров заплетал его волосы.
– Побрить бы тебя еще, – задумчиво произнесла Богиня, когда они закончили.
– Не делай из меня одного из своих ходящих на показ мужчин, – Эгран оглядел солнаров, которые и правда выглядели так, будто одной из главных задач было хорошо выглядеть.
– О нет, будь ты одним из них – не перечил бы мне и послушно все делал.
Во входную дверь постучали, а после послышался хлопок и шаги.
– Мой свет, с каких пор у тебя защитные чары на доме? – прозвучал низкий, бархатный голос.
Эгран поднял бровь. Еще мужчина?
– У тебя новый солнар? – скептично спросили.
Эгран обернулся и посмотрел на вошедшего. Высокий мужчина с темными волосами и черными глазами с белыми крапинками. Черная туника до середины бедра с серой каймой и серебряный нагрудник. К ремню прикреплен небольшой бинокль и серповидный двухклинковый нож.
– Нет, Эйнелин… Смертный? – в его голосе было столько безысходности и усталости. – Его же забрал Оридар.
– По моей просьбе, – пожала плечами Богиня.
– Даже знать не хочу!
Бог подошел к Эграну и начал изучающе оглядывать его.
– Широкий и крепкий, – Бог пальцами постучал по подбородку.
– Осторожно, он кусается.
– Кусается? – столько сомнения было в его голосе.
Он наклонился, рассматривая метки на лице Охотника. Эгран себя чувствовал какой-то статуей великого мастера, а не живым существом.
– Не переживай, меня помыли и причесали, – ядовито произнес Охотник.
Тонкие губы Бога сложились в едва заметную улыбку.
– А он мне нравится.
– Просто ты мало времени провел рядом, – беззаботно ответила Богиня.
– Не хочу знать.
Бог выпрямился и сел на другой лежак напротив Богини.
Конечно, Охотнику не составило труда понять, что за Бог посетил их. Обо всех них рассказывала Дара, а об этом еще и сама Богиня.
Бог Ночи даже внешностью отображал свою суть, особенно глазами, полными звезд. И если Эграну не изменяла память, звали его Ноземур. А еще в его лице угадывались черты Эйнелин.
– Зачем пожаловал, Ноземур? – поинтересовалась Богиня.
В точку.
– Я уже не могу зайти к своей сестре? – на его лице не дрогнул ни один мускул. Даже легкой улыбки не появилось.
– Конечно, можешь.
Бог Ночи вновь посмотрел на Охотника.
– Как тебя зовут, смертный?
– Если мне не изменяет память, ты не хотел знать обо мне, – спокойно ответил Эгран.
– Не изменяет. Но мой интерес при этом никуда не делся, а я не люблю, когда меня что-то отвлекает. В данном случае это информация о тебе. Первый смертный за многие столетия, который вошел в эту часть Юидэйлоса, и первый за всю мою жизнь, который сделал это без приглашения.
– Мое имя Эгран, и рассказчик из меня никудышный. Уверен, твоя сестра с этой замечательной историей справится куда лучше моего.
– Впервые встречаю смертного, которому комфортно среди Богов и который так на равных себя рядом с ними ощущает, – заключил он. – Это либо великая глупость, либо чрезмерная самоуверенность. Чаще всего одно другому не мешает.
– Уверен, я еще смогу удивить.
– Не сомневаюсь в этом.
– Лаарн, покажи Эграну, где он сможет поспать, – потом Богиня повернулась к другому солнару. – Принеси вина и фруктов.