Теперь другая история. Я нашла пару отсканированных газетных статей, видимо, тот, кто чистил, их пропустил. Не знаю. Газеты филадельфийские, а в статьях речь о похищении трех мальчиков в феврале 91-го: двое из Нью-Йорка, один из Трентона. Их похитили последовательно с промежутком в несколько дней. Нашли спустя семь месяцев здесь, в Филадельфии. В одной из статей есть название улицы — Десятая северная. Кэлен, я, конечно, не детектив, просто предположила, что Хоган вполне может быть тем самым похитителем. Информация о том, за что он осужден, закрыта, расследование и судебный процесс велись в Нью-Йорке. Делом о похищении детей занимались федералы. Думаю, в их базах вся инфа есть, но я не полезла. Взломать можно, хоть и непросто, только лучше это делать не из дома. Так что если решишь, что нужно, можем куда-то поехать, как в прошлый раз, и попробовать.
Это все. Не знаю, будет ли полезно.
P.S. Люблю тебя. С нетерпением жду ночи.»
====== Часть 45 ======
— Эмилия… — Кэлен и сама не понимала, почему, но имя зацепило. И теперь где-то на задворках сознания свербело, зудело еле слышно, но настойчиво, просто невыносимо настойчиво… то ли мысль… то ли воспоминание… или ассоциация, может. Кэлен потерла лоб, повторила, нахмурившись: — Эмилия… Э-э— мии-лия… Эмми… Милли… Милли??? — вспыхнуло, буквально ослепив: Саймон Картер, еще прикидывающийся раздавленным, раскаивающимся хлюпиком, которого “бес попутал” бормочет, сквозь рыдания, спрятав в ладони лицо, это самое “Милли…”. Да, точно, именно! Именно это и у слышала тогда Кэлен. Милли. Эмилия. Может ведь быть, не так ли? И что же тогда? Получается, Саймон Картер — один из троих мальчиков, похищенных в девяносто первом? Ему тогда было… да, семь лет. Кэлен пробежала глазами текст письма: нет, возраст детей не указан… А значит, Саймон Картер вполне может быть одним из трех… И тогда понятно, как он узнал тот дом на видео — его, Саймона, держал в этом доме похититель, логично? И дедушку, Седрика Картера, отправили в реанимацию потому, что он, дедушка, что-то знает о событиях двадцатипятилетней давности. Похоже на правду? Вполне… Кэлен снова перечитала текст. Повторила задумчиво:
— Милли… Эмилия Хоган…
— Что? — голос Мэйсон, о присутствии которой, признаться, Кэлен забыла напрочь, заставил вздрогнуть. Мгновенно вынырнув из размышлений, Кэлен свернула окно с письмом, оглянулась — и встретила взгляд: невозмутимый, как всегда, но будто бы изучающий… На секунду испугалась: черт, а как она объяснит Мэйсон, откуда у нее, у Кэлен, информация? И тут же отмахнулась от этого страха: какая разница, это не главное же, ну! Вздохнула и сообщила с легкой улыбкой:
— Я кое-что узнала про тот дом, напарник. Подожди минутку, сейчас дам тебе прочитать, — вновь обратилась к монитору, покосилась на Мэйсон: — Не подглядывай.
— Ладно, — пожала плечами, послушно отвернулась к своему экрану. Кэлен, еще раз недоверчиво покосившись в её сторону, открыла окно, скопировала найденную Карой информацию. Не удержалась, перечитала начало письма — и улыбнулась, вспомнив свой испуг. Закрыла почту, запустила текстовый редактор, вставила туда скопированный отрывок, повернула ноутбук к Мэйсон:
— Вот, смотри.
Мэйсон посмотрела. Отчего-то не в экран, нет — на Кэлен. Посмотрела, засияла вдруг глазами, потянулась, припала к губам — внезапно, застав врасплох, поразив донельзя — и Кэлен, и губы. Кэлен вытаращилась, забыла, как дышать, но на поцелуй откликнулась — словно помимо воли, сознания. Губы откликнулись, сами, без участия разума. А затем, освободившись, изумленно спросили:
— Ты чего это?
— Просто, — вновь пожала плечами, полыхнула — совсем уже ослепительно — глазами и, наконец, уставилась в экран. Взгляд побежал по строчкам: слева направо и обратно. Через минуту Мэйсон с тихим: «Хмм..» обратила взор к Кэлен:
— Любопытно… Откуда это у тебя? Хотя, я догадываюсь. Твоя зазноба-хакер, да?
Кэлен, обескураженная неожиданным поцелуем, встрепенулась:
— Мэйсон! Какого черта? Я просила не называть её так!
— Ну, имени ты мне не сообщила, — Мэйсон отозвалась довольно меланхолично. Только вот в глазах — если Кэлен это не почудилось, — мелькнуло что-то… хитрое, ироничное. Кэлен нахмурилась, поджала губы, а Мэйсон, как ни в чем не бывала, продолжила — спокойно, невозмутимо: — А вы помирились с ней?
— Представь себе! — вздернула подбородок, и глазами сверкнула, гневно, возмущенно. Надо ведь показать чертовой Мэйсон, что она перешла границы, не так ли? Вот только чертова Мэйсон чихать хотела и на границы Кэлен, и на её возмущение: смотрела все с той же невозмутимостью да легким интересом. Прищурилась задумчиво:
— Рада за тебя, Амнелл. Я вот только не понимаю — как и когда вы с ней встречаетесь? Ты все время проводишь со мной. У вас виртуальный роман?
— Сейчас — да, — Кэлен опустила ресницы, надеясь, что грусть-печаль изображает достоверно. На всякий случай еще и вздохнула тихо, но горько, категорически горько.
