— Вы только гляньте, очухалась, голуба! — заворковал вкрадчивый голос, являя через мгновение лицо своего обладателя, искаженное гримасой неподдельной ярости. — Знаешь, прежде чем приступить к нашей маленькой и очень болезненной забаве, я вынужден прибегнуть к небольшой хитрости. Позволишь?
В кромешной мгле блеснуло лезвие складного ножа, без всякого предупреждения впившееся мне в запястье. Я охнула скорее от неожиданности, чем от резкой боли, и крепко зажмурилась, когда в руку впились губы и зубы кровожадного монстра. Эти чавкающие, хлюпающие, а посему непередаваемо мерзкие звуки мне не забыть при всем желании. С каким рьяным удовольствием он прогрызал горящую огнем кожу, стремясь углубить и расширить порез, и вытягивал, высасывал, выкачивал из меня каплю за каплей.
Постепенно боль утихала, медленно расслабляя тело, наливая его холодом, слабостью и безразличием. Я перестала бояться и поддалась завораживающему течению лениво накатывающих волн. Одна забрала с собой мысли, другая похитила реальность, третья доставила умиротворение. Однако четвертая и, кажется, самая недовольная из всех, живо вернула меня обратно, силком подчинив мой взгляд воле пылающих неистовством глаз.
— Э-э, дорогуша, так не пойдет, — только отъявленный шизофреник мог назвать эти заляпанные кровью растянутые от уха до уха губы улыбкой. Мне померещился львиный оскал. — Смотри на меня! — приказал вампир, сопровождая свою реплику легким, но вполне ощутимым хлопком по щеке, приведшим в некоторое сознание. — И наслаждайся, если получится.
Не понимая смысла его слов, я затравлено уставилась на лицо мучителя и постаралась разобраться в его дальнейших действиях.
Лео вновь достал нож и после короткого щелчка выскочившего лезвия принялся избавлять меня от многослойных пут скотча, предпочитая нести откровенную чушь, в сути которой я при всем желании не сумела бы разобраться.
— Сначала оторванная голова, — начало глубокомысленной тирады мне не довелось расслышать, — теперь труп в ванной. Твоему бойфренду не откажешь в изобретательности, обеих девчонок я прекрасно знал. Можно сказать, у нас было много общего. Малышка Кэрри с чудной кровью и восхитительным ротиком, да и Джесс по-своему хороша в постели. Маленькая, ненасытная и зверски темпераментная девица с папочкой конгрессменом, пропадающим сутками на работе. Нам было весело, но Верджил, как обычно, все испортил. Не подскажешь, зачем он убил их обеих? К чему эти дурацкие записки с угрозами и размалеванные кровью стены? 'На твоей совести две головы, бывать ли третьей?', 'Я предупреждал. Игра началась'. Бред сумасшедшего! Случаем, превратившись, наш дорогой герцог не повредился рассудком? А, прости, забываю, что ты не в курсе занятной истории. Да-да, твой горячо любимый Джей вампир! О, не вижу в твоих глазах удивления! Ты знала, лапуля. Какой досадный факт! Но я могу поделиться другими шокирующими новостями. Например, что представляют собой его планы относительно тебя. Когда-то мы были по-настоящему близкими друзьями, и я знаю его манеру мыслить. А сейчас встаем, конфетка. Вот так, иди ко мне, радость моя!
Дав мне секундную передышку от бесконечного потока бессвязных слов, Лео подтянул меня к себе и помог спуститься на пол с импровизированной лежанки, оказавшейся при ближайшем рассмотрении то ли прилавком, то ли столом. Ступив на твердую землю, я неловко пошатнулась от внезапного приступа головокружения и со всей податливостью рухнула прямо в руки насмехающегося над моей беспомощностью негодяя.
— Переборщил малость с поздним ужином, — якобы извиняющимся тоном провозгласил он, плавно и абсолютно бесшумно двигаясь в неизвестном направлении. Мой вес, похоже, ничуть не мешал ему исполнять роль крадущегося по непролазным дебрям хищника. Скорее наоборот, добавлял изящества и грациозности.
Но эти лирические отхождения потеряли заведомо ложный смысл, когда я почувствовала под своей спиной что-то мягкое, теплое, а после минуты слепых осязаний признала кровать. Вампир лег рядом, подтвердив пугающие догадки, и неторопливо принялся избавлять меня от одежды. Начал с бесформенной домашней рубашки, затем развязал толстый шнурок спортивных штанов, ослабляя резинку, и когда настал черед нижнего белья, из горла сам по себе вырвался истошный крик:
— Нет! Не надо, пожалуйста! Я прошу тебя!
— Я тоже просил, — вполне спокойно отозвался на мой отчаянный вопль парень. — Просил тебя утихомирить Джея, но ты не послушалась. А строптивых и своевольных девчонок наказывают, порой очень жестоко, как и самовлюбленных эгоистов, возомнивших себя центром вселенной. Но, — сделал он трагедийную паузу, перед тем как сорвать с меня бюстгальтер, — меньше слов, больше дела. Итак, крови твоей он не пил. Я не нашел ни одного пореза, как и следов страстных укусов или засосов. Следовательно, вы и эту ступень в отношениях пропустили. Не сказать, чтобы меня это уж очень расстроило. Первооткрывателем быть даже приятнее.
