— Именно! Собьем сколько сможем! — адмирал умолк. — Так, с "Пекином" тоже покончено, а ублюдки перегруппировываются… "Лондон", пошлите сволочам тактический привет!
Сквозь обшивку донеслись далекие орудийные залпы. Их заглушил более мощный удар, авианосец ощутимо качнуло.
— Теперь и "иглы" подключились… — адмирал вновь обернулся на осклабившуюся Ведьму. — Генерал, вы снова правы! Больше ждать не стоит!
"Си Раптор" заложил такой вираж, что фюзеляж застонал, а Джека накрыло "красным туманом". Теперь все по классике — сшибка на острых курсовых, истребитель перенасыщает "бумеру" полусферу ракетами, дроны добивают автоматическими двухдюймовками. Взрыв в облаках, рванула ракета, рванул дрон, ракета, "бумер"… спасибо соседу, перенацелившему своего дрона… "бумеры" крутятся опавшими листьями, горят ракеты, горят дроны, горят истребители… Зазевался? Крыло инопланетного робота мелькает в прицеле на полсекунды, но пушка настроена на стрельбу с автозахвата… "Бумер" ушел вниз по спирали, а Джек, не тратя время на обдумывание того факта, что он только что сбил из пушки "бумеранг", швырнул истребитель в широкий вираж, выдираясь из ада собачьей свалки.
Все было плоховато. Там, где находилась эскадра, пачкали тучи столбы дыма. Облака застилали обзор, а на сбоящем радаре было все еще до черта вражеских отметок и очень мало своих. Два истребителя и девять дронов — из них пять с пустыми магазинами.
"Бумеры", похоже, тоже не были заинтересованы в продолжении драки. А нет… сволочи уходят к эскадре, должно быть, зенитчики все же дали чужим прикурить напоследок.
— Что? — Джек даже головой тряхнул, подумав, не ослышался ли. Приказ прозвучал сквозь сплошные помехи — станции РЭБ на эсминцах, должно быть, выбило в ноль. Но нет — уцелевшие огрызки крыла явно ложились на догонный курс. А он, между тем, чересчур ушел к северо-западу, того и гляди, не успеет к шапочному разбору…
Приказы не обсуждают… Джек вошел в вираж. Истребитель тряхнуло, подозрительно зашумел движок. Зацепило лучом? Джек сплюнул бы, но мешала кислородная маска.
Тучи расступились. Между ним и остатками эскадрильи чиркнула россыпь оранжевых лучей. Лучи шли косо, упираясь в воду в районе эскадры. Столб пара взвился, кажется, на высоту в полкилометра. Затем пришла ударная волна.
Джек удержал самолет без особого труда — ему доводилось летать в зоне орбитальной бомбежки. Но "Си Раптор" закрутило, едва не свалило в штопор, и когда борющийся с рукоятками Джек вернул себе управление — истребитель оказался вновь развернут куда-то в сторону Гавайев.
— Ну вот! — Джек упрямо развернулся в сторону прожженного в тучах просвета. Собственно, он давно уже цеплял облачный горизонт, вокруг была серая хмарь. Но радар, пусть и с перебоями, что-то показывал, и сориентироваться на тонущую эскадру труда не составило.
Сквозь туман пробился свет. Очень яркий, несмотря на поляризованные стекла кабины.
Миг — проморгаться. Миг — увидеть, как там, где была эскадра, море и небо сливаются в очень быстро распухающем шаре. Из середины которого пробивается все то же самое, чересчур яркое даже для солнца свечение.
Джек никогда не был тугодумом. Вот и сейчас ему в голову успела прийти одна неплохая мыслишка.
По крайней мере, его смерть нельзя назвать незрелищной.
Когда-то это была относительно тихая и нищая рыбачья деревушка, иногда зарабатывающая еще и на очень немногочисленных дайверах и биологах. Ее почти не касались ни вялотекущая гражданская война, ни безостановочные стычки мафиозных кланов. Даже вторжение инопланетян — и то осталось для местных жителей странной сказкой, которую показывали по телевизору. В деревне их — телевизоров, не пришельцев — имелось целых две штуки, чем аборигены очень гордились перед соседями.
Потом над головами туземцев появились вертолеты, в море появились корабли, а по чинившейся последний раз в позапрошлом веке дороге попытались пробиться грузовики. Население по собственному опыту знало, что от визита солдат ждать ничего хорошего не приходится, и поторопилось скрыться в джунглях, оставив в лачугах стариков, слишком старых, чтобы прятаться в лесу и старух, на которых бы вряд ли польстились даже самые неприхотливые захватчики.
Впрочем, эти солдаты вели себя как-то странно. Вместо того, чтобы показательно расстрелять кого-нибудь на площади и реквизировать на нужды революции / в уплату налога / просто так все мало-мальски ценное, они собрали жителей и долго рассказывали о чем-то непонятном, употребляя слова "ГлобДефКом", "чужаки" и "компенсация". Потом принялись раздавать сельчанам (sic!) деньги. Причем — доллары. Причем — не правительственные, а настоящие — хрустящие, зеленые, американские. В суммах, которые даже местный священник держал в руках один раз в жизни.
