— Поняла… разворачиваюсь… Проклятье, Паша, они с трех направлений! Я прижата к гряде, осталось… навстречу!
Званцев еще раз посмотрел на тактический экран.
Позднее ему никогда не удавалось вспомнить собственные мысли в тот момент. Кажется, он старался ни о чем и не думать. На экране были зеленые огоньки и чересчур большое количество красных. Красные надо было погасить, и он знал, как. Руки легли на пульт.
— "Шетланд". Целеуказание подтверждаю. Повторяю, целеуказание подтверждаю. Огонь!
На сей раз ударило значительно ближе. Вспышка. Огненный столб рвется к тучам над Эхо, пламя слизывает базальтовые плиты, "пауков" и "амебы". Затем ударная волна выплеснулась из долины, и Званцев временно оглох.
Отсек странно перекосило. Где-то рядом трещало пламя, Борисов обвис на ремнях. Чадило горящим пластиком и, кажется, озоном — черт знает, как обоняние Званцева умудрялось различать эти запахи. Матерясь, он сорвал с креплений огнетушитель и направил струю пены на язычки огня.
Секунд десять ушло на сражение с пультом. Как ни странно, коммуникационная система согласилась включиться.
— Эй! Кто боеспособный?
Отозвалось мало. Очень мало. Из командиров батальонного уровня выжил один Уолтерс. Тактическое управление сдохло, но, похоже, под началом Званцева оставался взвод в лучшем случае.
— Доложить ситуацию!
— Продвигаемся вперед. Грунт очень горячий… в прямом и переносном смысле. Противник не обнаружен… — в шлемофоне раздавалось шумное дыхание Уолтерса. — У нас парочка "вольфрамов" и один танк… Черт! Залечь!
— Что? Опять? — невольно вырвалось у Званцева.
— Выходят из-за западного ската… должно быть, за ним и отсиделись… Одна "амеба", две, три… "Пауки"… — Уолтерс рассмеялся. — Сэр, у нас и гранаты-то на исходе… В штыковую?
Званцев уже колотил по клавишам, пытаясь связаться с "Шетландом".
— Завалили "мышь", — откликнулся сквозь гром сам командир дивизиона. — У меня осталось три корабля! По мне лупят с орбиты, буду поддерживать, пока могу! У эскадры все хреново, вы как?!
— Аналогично, — переключить вещание на общий канал. — Внимание всем. "Шетланд", огонь по ЦУ с любого доспеха. Отряд — к бою. Просто… достаньте кого сможете, ладно?
Снова хриплый смех Уолтерса.
— Вальгалла нас заждалась, генерал. Поехали!
Слушая грохот гранатометов, команды и сдавленные крики в наушниках, Званцев принялся вручную выдвигать неподатливый перископ. Приник к жесткому наглазнику.
Ночь была темна и полна пальбы. Большую часть обзора перекрывала скала. Должно быть, бедную КШМ-ку впечатало взрывной волной между базальтовыми глыбами. Сбоку от валуна порой проблескивали выстрелы — кажется, как раз там вел бой Уолтерс, а может, падали на землю отсветы от чего-то горящего. Впервые в жизни Званцев не мог толком сориентироваться на местности.
Близился рассвет. Небо с северной стороны просветлело, от камней потянулись длинные тени, четкие и яркие. Самого солнца Званцев, впрочем, видеть не мог — только следил, как за долю секунды отступил мрак, открыв его взору полосу мокрой грязи, усеянную булыжниками.
Рассвет? На севере?
Гиперзвуковые снаряды били в разнесенную броню арткораблей, снося целые пласты, подрывая башни, разрывая надстройки. Линкоры ГлобДефКома строились с расчетом на обстрел "летучими мышами" и попадание держали отлично. Одно, два, десять… на каждый из систершипов пришлось по сотне-другой очередей. В последний раз рявкнули трехрейлганные башни, отправив навстречу штурмовикам пачку атомных снарядов. Ставосьмидесятимиллиметровые зенитки с двух кораблей взялись за дело, и в отсеках экипаж поторопился натянуть слабо помогающие наушники. Третий линкор, "Лос-Анджелес", медленно опрокидывался на правый борт, из его изрешеченного корпуса рвался огонь.
"Шторм" горел. Летная палуба превратилась в джунгли закопченого металла, остров исчез. Флагман Тихоокеанского флота заваливался набок, чудом уцелевший топливозаправщик проскользил по палубе и сорвался в горящую воду.
Эсминцы умирали быстро. Очередь перерубила "Арли Берк" наискось, подорвав остававшиеся в шахтах ракеты. "Бумеранг" впечатался в нос одного из "Лидеров", и половина русского миноносца обратилась в огненный шар. Еще один из "Арли Берков", "Финн", получил несколько разворотивших корму попаданий, и, потеряв управление, пропорол борт "Уилламета". Град лазерных импульсов обрушился на "Милуоки" — легкий авианосец остался на плаву, но столб дыма над горящим кораблем накрыл половину эскадры. Зенитные автоматы захлебывались, пытаясь отследить неуловимые штурмовики, рвали воздух ракеты малой дальности.
На пропахшем дымом и горячим металлом мостике "Артура" адмирал уже без всякого раздражения посмотрел на Ведьму.
— У нас осталось шесть кораблей. Мы поразили двадцать шесть целей, считая и истребители. Следующий заход нас добьет.
— И… чего мы ждем?
— Генерал, все на автоматике. Не переживайте, — командир эскадры покосился на тускло мерцающий монитор БИУС. — Коммодор Кларенс! Передайте истребителям приказ — пусть гонят к нам все эскадрильи противника!
— К нам, сэр?!!
