— Обе особи инкапсулированы, стабилизированы с сохранением синаптических сетей. Подтверждено встраивание инфицированных Алчностью механорганелл в клеточные структуры. Подтверждена ограниченная модуляция нейрохимических сигналов в нейронно-глиальных сетях субразумными алгоритмами Алчности. Напоминание — еще одна инфицированная особь была обнаружена и уничтожена введенным боевым роем на ранней стадии физического контакта с мыслительным ядром кровного брата. Риск поглощения мыслительного ядра Алчностью был оценен как недопустимо высокий. Оскорбление было болезненным, кровные братья.
Гнев.
— Усиление мотивации. Вернем же его Алчности полной мерой!
Сомнение. Раздражение.
— Неиспользованные варианты?
— Уцелевшие биоформы.
Удивление.
— Носители кодов Алчности не будут включены в транслируемый Архиву цикл! Отказ! Отказ! Степень риска запредельна!
Возражение.
— Использование уцелевших биоформ как мыслительных ядер зондов. Обратная модуляция зондирующих алгоритмов нервной системой особей. Обоснование: возможна ошибка распознавания, снижение скорости реакции защитных систем Алчности. Исходное назначение Архива — взаимодействие с биологическими либо исходно биологическими разумными формами. Возможно увеличение вероятности замыкания канала и установление стабильной связности с кровными братьями. Голод силен.
Сомнение.
— Когнитивная мощность порождения технобогов — вне доступных оценочных пределов. Невозможно объективно смоделировать взаимодействие первичной связности, инфицированных кодами Алчности нервных систем, субразумных алгоритмов самой Алчности и инкапсулированного Архива Щедрости. Успех… возможен. Оценка вероятности… невозможна.
Усиление мотивации.
— Возможные риски?
— Переход Алчности к воспроизводству разумных биоформ вместо зондов-предателей? Не исключается. Не предвидится никакой возможности боевого применения порожденных Алчностью биоформ против кровных братьев. Утрата прошедших псевдоцикл взаимодействия биоформ? Эффективность цикла на остаточном уровне. Уровень риска оценивается как минимальный. Гипотетическая неудача оценивается как почти достоверный исход.
— Отказ от попытки расценивается как однозначно неудачный исход. Время оскорблять, кровные братья.
***
Стальная махина неторопливо кувыркалась и падала к растущему диску планеты.
Платформа напоминала двузубую вилку, насаженную на длинную решетчатую конструкцию. Опоясанный ребрами резонаторов двойной ствол ускорителя закрывали сейчас раздвинутые в огневое положение створки щита, ближе к камере нейтрализации виднелся цилиндр обитаемого отсека. Радиаторная панель левого борта торчала покореженной культей, несколько шпангоутов килевой фермы тоже были перебиты. Васимр и один из водородных баков зияли черными пятнами пробоин.
В окне внешнего наблюдения белый костюм с выматывающей неторопливостью перебирался через лохмотья оплавленного металла. Лопнувшие листы обшивки и перебитые фермы каркаса вполне могли пропороть легкий полетный скафандр, и хотя системы кругового обзора давали неплохую картинку, бортмеханик платформы все равно вынужден был тщательно выверять каждое движение. Перещелкивались карабины, магнитные захваты отдавали через перчатки глухим звяканьем.
Пилот, лязгая зубами, пытался одновременно наблюдать и за товарищем, и за звездным небом. Напрасный труд — точный выстрел превратил в металлолом и систему опознавания, и антенный блок, и оба приемопередатчика. То и дело на мониторе мелькала движущаяся не в такт со своими соседками звездочка, но небыло ни единого способа удостовериться в ее принадлежности.
Наконец космонавт перевалил через выступающий ободок обитаемого модуля, и его взору открылся печальный вид — крабообразная РМУшка беспомощно и печально возложила лапки на покоробившийся люк, занеся над ним клешню гайковерта.
— Добрался, — не утруждая себя правилами радиообмена, сообщил бортмеханик. — Закрепляюсь к двадцать два и двадцать шесть. Есть лом к вашим услугам!
Из набора инструментов, которыми была снабжена РМУ, была извлечена монтажка. Далее последовала небольшая безгравитационно-эротическая сцена с участием шпангоута, ломика, бортмеханика и крышки — искусством обращения с ломом в невесомости владели не только лишь все бойцы космических войск ГлобДефКома. Периодически в ней принимал участие еще один гайковерт. Наконец крышка технического люка отскочила под напором монтажки и повисла на перекрученной петле.
— Отодрал. Щас согреемся.
Робот пришел в движение. Два гайковерта — в человеческой и механической руке — заработали синхронно. Бортмеханик опасливо подался в сторону, когда РМУшка налегла на тонкую трубу. В пустоту ударил небольшой фонтанчик пара, клешни робота мигом покрылись сверкающей исморосью.
— Сделано. Юхан Геннадьич, холодильник отключен!
— Зашибись. Шуруй булками быстрее — вот-вот цепанем пояс, — откликнулся командир платформы, малорослый и черноволосый уроженец Сканд-Петербурга.
