Она перевела взгляд на мужчину, спящего рядом. Растрепанные русые волосы, расслабленное лицо… Так он выглядел значительно моложе. Анне ужасно хотелось протянуть руку и откинуть с его лица волосы. Но она этого не сделала.
Не может же она валяться здесь весь день, наблюдая за спящим Лайамом Франклином!
Анна медленно и осторожно откатилась от Лайама, выскользнула из постели и осмотрелась в поисках одежды. Трусики отыскались рядом с кроватью, джинсы висели на стуле, а лифчик почему-то свисал с люстры. Рубашки она не увидела и решила, что она, наверное, валяется с другой стороны кровати – или в холле. Она надела найденные вещи и отправилась искать рубашку.
– Ты уходишь? – лениво спросил Лайам из постели.
Анна остановилась как вкопанная и почувствовала себя беззащитной без рубашки. Она понимала, что это нелепо, что ночью Лайам видел ее во всех видах и вовсе без одежды, но оказалось, что знать и чувствовать – совершенно разные вещи.
– Я не хочу, чтобы тетя Бетти и Колм вернулись и увидели меня в той же одежде, что и вчера.
– Как хочется, чтобы тебе не надо было уходить!
– Но мы оба знаем, что надо. Мы же не хотим возбудить у кого-то из них неоправданные ожидания.
– Что касается этого…
Она наклонилась и поцеловала его.
– У меня тоже нет неоправданных ожиданий, Лайам. Произошло то, что произошло. Два человека. Одна ночь. Я всегда считала, что отношения должны развиваться своим чередом. В данный момент все прекрасно и правильно. Но когда перестанет быть прекрасно, то все закончится. Никаких сожалений. Никаких упреков. Просто все закончится.
– Я не хочу тебя обманывать. У меня Колм. Это значит, что я никогда не смогу поставить отношения с женщиной на первое место. Большинству женщин это не нравится. – Он помолчал и добавил: – Тетя Бетти предупреждала меня и просила тебя не обижать.
Она поцеловала его еще раз и вдруг поняла, что ничего так не хочет, как скинуть одежду и снова забраться к нему в постель. Но она говорила вполне серьезно, она действительно не хотела, чтобы пришел Колм и застал их вместе. Она чувствовала себя подростком, вынужденным скрываться от родителей.
– Тете Бетти не стоит беспокоиться. Я большая девочка и пришла вчера в твою комнату, точно зная, что меня ждет. Ты меня не обманываешь. Помнишь, вчера вечером я сказала, что люблю приятные мелочи?
Лайам закашлялся и лишь через некоторое время, чуть отдышавшись, смог выговорить:
– Надеюсь, ты не хочешь сказать, что добавляешь меня к списку приятных мелочей?
Несмотря на проведенную с ним ночь, Анна почувствовала, что краснеет.
– Нет, ну что ты! Нет! Я имела в виду, что не ищу эпической любви из серии «они жили счастливо и умерли в один день». Я ищу отношений, которые сделали бы меня счастливой сейчас. Когда я перестану ощущать это счастье, отношения закончатся.
– А сейчас?
– Ты делаешь меня очень счастливой! – Она посмотрела на часы. – Но мне все равно надо уйти прежде, чем кто-нибудь нас поймает.
Он рассмеялся:
– Но позже ты вернешься позаниматься с Колмом?
– Да. Позже.
Она обнаружила свою рубашку в холле за углом, в стороне от двери в спальню Лайама. Носки отыскались на лестнице. Анна не собиралась гадать, почему именно носки она вчера сняла первыми. Вчера вечером ей в этом, должно быть, виделся какой-то смысл, но сегодня утром такая последовательность показалась ей странной.
Наконец с одеванием покончено. Она готова к выходу. Но сначала надо добраться до машины, которая всю ночь простояла на подъездной дорожке. Это означало, что все соседи в курсе: Анна провела здесь ночь. При мысли об этом она почувствовала себя неловко. Опять же она прекрасно понимала нелепость этого ощущения. Она взрослая женщина и имеет полное право ночевать, где захочет. И все-таки она надеялась, что никто не увидит, как она тайком пробирается к своей машине.
Она уже протянула руку, чтобы открыть дверцу машины, когда Патрик окликнул ее по имени и помахал рукой. Он стоял на своей террасе с газетой в руке.
– Доброе утро, Анна!
Она с трудом заставила себя тоже махнуть в ответ:
– Доброе утро, Патрик.
Она открыла дверцу и скользнула за руль. Ей хотелось только добраться до дома и залезть под душ.
Ей совсем не хотелось рассуждать о том, почему, уходя таким образом, она испытывает сильное чувство вины.
Путь стыда. Ей приходилось читать статьи на эту тему. О женщинах, которые выходили на следующее утро после свидания из дома мужчины в той же одежде, в которой пришли вчера.
Вообще Анна старалась никогда не смешивать работу и личные дела, но сейчас, вместо того чтобы обдумать и взвесить собственные поступки, она решила отдаться своему счастью. Потому что в данный момент она была очень-очень счастлива.
Две недели спустя Анна и Колм стояли на парковке у рынка Келлера. Ей с трудом верилось, что наступила середина июня и что она занимается с Колмом уже целых два месяца. Внутри ощущалась нервная дрожь – как всегда, когда очередной клиент начинал самостоятельно передвигаться по городу.
