— Не просто послала. Я ощутила такую волну отторжения. Даже не знаю, как объяснить. Это скорее на уровне инстинктов. Показалось, что ты сильнее, опаснее меня. Моя внутренняя кошка зашипела и прижала уши, потому что даже она признавала тогда свою уязвимость.
В общем, у Катьки на весь вечер было испорчено настроение. Даже друзья никак не могли ее растормошить, а как только она начинала оттаивать, снова натыкалась на меня. Я стала ее персональным раздражителем, красной тряпкой. И в какой-то момент она не выдержала.
— И что ты сделала?
— Пошла за тобой. Я думала, прижму тебя в туалете. Напугаю, но ты отправилась не в туалет.
Как оказалось, я пошла наверх. А верхняя зона традиционно принадлежала вампирам и инкубам.
— Они любят там наслаждаться своими игрушками.
— И под игрушками ты подразумеваешь.
— Людей, — подтвердила мои опасения Катя, — Я пошла за тобой, думала, ты стала жертвой одного из этих уродов. Хотела отговорить, но ты снова меня удивила. Мне показалось даже, что ты наслаждаешься всей этой атмосферой. А в какой-то момент, ты потянулась к одному из людей, коснулась его, улыбнулась и поднесла руку ко рту. Меня чуть не стошнило, когда ты стала облизывать пальцы, все в крови.
— Это просто бред какой-то.
— Бред, не бред, но я видела это.
— А что еще ты видела? Может, я даже убила одного из них, присосалась к ранам, распорола горло, я что, одна из этих по-твоему? — я разозлилась. Хотела, чтобы Катька мне правду сказала, а она весь этот бред несет. Не могла это быть я. Меня от одного вида крови мутит. И вообще, я вегетарианка. Была когда-то. И как бы мне не хотелось возмутиться, громко хлопнуть дверью и обозвать ее лгуньей, но с тем, что я изменилась, не поспоришь.
— Чего ты злишься, думаешь, мне самой приятно было в свой день рождения твою физиономию повсюду видеть? — в свою очередь завелась Катька.
— Ладно, проехали. Что я дальше делала?
— А ты уверена, что в горло мне не вцепишься, если я продолжу? — съехидничала она.
— Смотря, что ты скажешь.
Катька несколько секунд смотрела на меня, пытаясь найти достойный ответ. Не нашла, зато рассказ продолжила.
— Ты прошла до самого конца зала и постучала в дверь.
— И что было за этой дверью?
— Почем мне знать? Ты просто вошла. А я, как больная идиотка решила героиню из себя изобразить.
— И меня спасти? Что-то это на тебя не похоже.
Зря я это сказала. Катя обиделась. Ведь знаю же, что она не такая, как мы все думали, но старые привычки хрен искоренишь.
— Ну, прости, я не хотела. Правда. Я просто злюсь и срываюсь на тебе. Мне правда жаль. Ты расскажешь, что было дальше или мне на колени встать?
— Ты ведь без подколок не можешь? — хмыкнула Катя.
— В этом мы похожи.
— Теперь не только в этом. Под меня косим?
— Скорее ледники растают, чем я стану тебе подражать. Но моя внезапная блондинистость тоже оттуда.
— Тебе идет.
— Меня мой цвет вполне устраивал.
— Перекраситься не пробовала?
— Ты с темы-то не съезжай. Позже о косметике поговорим.
— Как две закадычные подруги?
Хотелось мне ответить что-то колкое и обидное, опять же по старой привычке. Но сдержалась. Да уж, такими нападками я сама скоро Стервозой стану и без всякого подражания.
— Так ты пошла за мной или нет?
— Мне не пришлось. Тот парень, с которым ты зажигала весь вечер, поднялся по лестнице и направился к той же двери. Я сделала вид тогда, что поправляю ремешок на босоножке, и он не стал так пристально меня разглядывать. Эль, мне показалось, что он из особого отдела.
— Инквизиция?
— Да.
— И тоже вампир?
— Нет. Я бы сказала, он темный, но тоже не факт. В клубе не очень-то с освещением, особенно на втором этаже, — Катя замолчала на секунду, перевела дыхание и продолжила, — Чтобы не привлекать внимания, я спустилась, а через пару минут и вы вышли. Страшно ругались.
— Ругались?
— Да, он орал на тебя, причем в выражениях не стеснялся. Но и ты в долгу не осталась. Послала его, оттолкнула даже. Потом друзья меня позвали. Я на какое-то время упустила тебя из виду, а когда нашла, ты ругалась уже с другим. И этого парня я знаю.
— Виктор?
— Да, брат Егора.
— А что дальше было?
— Ничего. Ты от него отделалась, кстати, очень впечатляюще. Мои друзья оценили. А вот твой парень еще больше разозлился. Схватил тебя за руку, бросил Виктору пару фраз, и увел тебя.
— Не веселая история получается. А имя его ты случаем не помнишь?
— Он не представлялся. Да я и не жажду. От этих типов из особого отдела лучше держаться подальше.
— И почему вы все их так боитесь?
— А ты не боишься полиции? Это инстинкт. Если тобой интересуются из органов, значит, ты сделал что-то не так. А у нас, в отличие от людского суда, смертную казнь никто не отменял.
— Ничего себе. Может, у вас еще и тюрьмы есть?
— Поверь, то что делают с преступниками в нашем мире, хуже тюрьмы и пожизненного заключения.
— Что здесь может быть хуже?
— Лишиться сил. Вот что. Для таких как я, самое страшное наказание никогда больше не обращаться. Пара лет в таком состоянии, и ты реально сходишь с ума. Магам легче, в каком-то смысле. Их просто лишают сил. Они становятся простыми регистраторами.
— Знакомое слово. Где я его слышала?
