— Песочные часы. Они отсекают время. Создают своеобразную непроницаемую защиту вокруг. Продаются и используются только здесь.
— И нас никто не видит?
— Нет. Мы тоже никого не можем видеть. Только небо.
— И что же в этом небе такого?
— Увидишь, — ответил Диреев, всучил мне в руки чашку с глинтвейном и уселся рядом. — Совсем скоро начнется. И что бы тебе ни показали, ничего не бойся.
Я хотела спросить, а что же такого я должна бояться, но тут отовсюду послышался громкий голос:
— Дорогие зрители! Добро пожаловать на наш ежегодный парад звезд! Отложите ваши напитки, откройте пошире глаза и наслаждайтесь представлением. Мы начинаем!
На всякий случай я схватила Диреева за руку. Мало ли что. А так хоть какая-то поддержка.
— Не волнуйся. Тебе понравится, — шепнул он, а в следующее мгновение я подняла глаза к небу и увидела, как на меня несется гигантская звездная колесница.
Вы когда-нибудь бывали в четыре D? А в пять D? В шесть? Да даже десять D не сравнится с теми ощущениями, что я испытывала сейчас. В первые минуты я действительно чувствовала себя как в пять D, где подо мной шаталось кресло, кто-то обливал водой и прямо в лицо дул ветер. Сейчас же вокруг летала колесница, запряженная странным типом, нахально мне подмигивающим.
— Это кентавр, — шепнул Слава. — Хирон. Созвездие кентавра. Сейчас он протянет руку и пригласит тебя на прогулку.
— А если я откажусь?
— То будешь первой за триста лет, кто это сделал. Никто еще не отказывал славному Хирону.
И я не отказала. Прикоснулась к протянутой руке и взобралась в колесницу.
— А как же ты?
— У меня свое путешествие, — ответил парень, но я его уже не видела. Мы взмыли вверх, и я поняла, что никакие пять, десять и даже двадцать D с этим не сравнятся.
Кентавр поднялся до самых звезд, и завис над еще одним кентавром. Только если мой излучал дружелюбие, то другой кривился от злобы и целился из своего светящегося лука прямо в нас.
— Осторожнее, — прокричала я, когда злобный кентавр пустил стрелу, но Хирон ловко увернулся и показал неприличный жест. Затем рассмеялся удивительно добрым и мягким смехом и взмыл еще выше.
— Это Кротос. Он прикован к своему созвездию в наказание, что занял мое место, а я же… могу летать где угодно, подниматься так высоко, как только можно или опуститься на землю и увидеть маленькую сейви.
Кентавр изящно склонил голову, и мне тоже захотелось сделать реверанс, как это делали барышни из прошлого.
— Куда вы хотите отправиться?
— Куда скажете, — восторженно ответила я, совершенно очарованная кентавром.
— Тогда направо, я покажу вам моих друзей.
Мы ускорились, а через секунду сбавили ход, почти остановились. Я увидела небольшое созвездие, которое трансформировалось в странное животное с телом козла и рыбьим хвостом.
— Это Козерог. Рогатый, помаши сейви ручкой или хвостом. Животное изумленно посмотрело на кентавра, плюнуло, проговорило «позер» и снова стало созвездием.
Мы проехали еще несколько созвездий, остановились у двух рыб, связанных веревкой. Кентавр почтительно склонил перед ними голову.
— Приветствую вас, хранительницы равенства.
Рыбы не ответили кентавру, но помахали хвостами.
— Созвездие рыб?
— Они встречают гостей в день весеннего равноденствия. И охраняют порядок мира сейчас, — пояснил кентавр, и мы заскользили дальше.
Мимо большой и малой медведицы.
— Вы знаете историю этого созвездия, юная сейви?
— Нет.
— О, тогда я поведаю вам. Давно уже у меня не было столь неискушенного на истории спутника. Говорят, что большая медведица — это принцесса прекраснейшей страны, Аркадии. Сама принцесса Калипсо была так красива, что Г ера, жена Зевса чуть не удавилась от зависти к ней. И чтобы наказать глупую смертную, осмелившуюся соперничать с богиней, решила превратить ее в медведицу.
— И превратила? — испугалась я.
— Увы. Сын Калипсо, Аркад пришел в то время с охоты, увидел страшную медведицу, испугался и чуть не убил свою мать. Зевс остановил и забрал Калипсо к себе на небо, превратив в большую медведицу.
— А сын стал малой?
— Нет, по легенде, малой медведицей стала любимая собачка принцессы. Но и Аркад не остался на земле. Он тоже поселился на небе, став созвездием Волопаса. Мы скоро проедем его.
Я увидела его через некоторое время.
— Бедный юноша. Он такой грустный. Почему Зевс не превратил принцессу обратно в принцессу?
— И пойти на конфликт со своей грозной женой? — усмехнулся Кентавр. — Он не самоубийца.
Ну и вздорной же женщиной была эта Гера. То Геркулеса убить пыталась, то теперь из зависти принцессу превратила в созвездие, а ее бедный сын из-за одной ошибки вынужден вечно охранять мать.
— Не волнуйтесь, сейви, они общаются и даже дружат. Мы все здесь похожи на одну большую семью. А пока есть вы, скучать нам не приходится.
— Вряд ли вашим созвездиям интересны такие как я.
