- Превосходно, – усмехнулся Эдвард, опираясь на перила и наблюдая за вожатой, все же постепенно рассеивающую толпу малышни и высвобождая проход, по которому доедающие завтрак пионеры покидали столовую. Многие бросали взгляды на Эдварда и его татуировку, но ни у одного больше не хватило смелости задать вопрос по этому поводу, – Значит, будем выслушивать очередную порцию моральных и этических установок по поводу того, каким должен быть настоящий пионер… – кажется, он сказал это с большей злостью, чем надо, поскольку девушка удивленно на него посмотрела. Сглаживая первое впечатление, поинтересовался, – Алис, а что еще будет на линейке? Утром вожатая мне сказала, что будет план на неделю, это что-то значит?
- Да так, глупости всякие, – девушка отмахнулась и облокотилась о перила рядом с ним, гораздо ближе, чем предполагается людям, просто дружески общающимся, но от этих девушек Эдвард был готов выдержать и куда большие нарушения этикета, – Вожатка будет рассказывать, что она придумала, лишь бы занять нас на всю неделю. Уборка территории, поход какой-нибудь, какую-нибудь самодеятельность еще придумает… Ничего интересного, по большому счету… Я все равно этому плану следовать не собираюсь, – она хитро улыбнулась и подмигнула Эдварду.
- Бунтарка! – улыбнулся он, – Будешь всю неделю от нее прятаться? – внизу, у ступенек крыльца все-таки произошел окончательный перелом ситуации, и малышня двинулась вперед как прорвавший плотину поток, окончательно освобождая пространство. Славя ушла куда-то вместе с одной из групп, а Ольга Дмитриевна осталась победно озирать поле боя с искренне гордым видом, пока не заметила двух пионеров, все еще стоявших на крыльца и непринужденно болтавших.
- Эдвард! – ее резкий окрик заставил названного пионера оторваться от Алисы и оглянуться в сторону вожатой, стремительно направлявшейся в его сторону. Кажется, зрением ее Небеса не обделили, и заметив татуировку на его руке, не могла не отреагировать на подобное нарушение внешнего вида.
- Ой, мне лучше сваливать, – бросила Алиса, но Эдвард, подсознательно отреагировав быстрее, чем сознание само дошло до такого поступка, успел схватить ее ладонь, задержав на месте.
- Может, останешься со мной? – попросил он единственного человека, сегодня еще остававшегося рядом с ним, – Тебе Ольга Дмитриевна все равно ничего не сделает, а мне спокойнее… Да это и в любом случае будет забавно…
- Что будет забавно? – поднявшись на крыльцо, Ольга Дмитриевна смерила его самым суровым взглядом, на какой только была способна, уперев руки в бедра, – Эдвард! Я уж никак не ожидала от тебя подобного! Может, объяснишь? – ее пламенный взгляд, кажется, был готов прожечь в нем пару дырок, но Алиса, отступив чуть назад, чтобы не попасть под прямой удар, все же осталась рядом, наблюдая за очередным разносом, но в этот раз доставшийся не ее персоне.
- Что именно? – спросил Эдвард, – Кажется, идея переодеть меня в пионерскую форму принадлежала вам, на подобном лично я не настаивал.
- Эдвард, откуда у тебя татуировки? – вспыхнула вожатая, указывая на его руку, – Ты же не заключенный какой-нибудь! Как тебе только родители подобное позволили! Это же недопустимо для настоящего пионера! – эта фраза просто должна была прозвучать, к ней вожатая прибегала тогда, когда не оставалось других более или менее убедительно звучащих аргументов. Эдвард подмигнул Алисе и показал пальцем «один», девушка заулыбалась, но быстро спрятала улыбку, притворно закашлявшись, когда разгневанный взгляд Ольги Дмитриевны скользнул в ее сторону.
- Простите, пожалуйста, но эта татуировка была у меня еще до того, как оказался здесь, – признался Эдвард, – И честно сказать, я даже не особо понимаю ваше возмущение по этому поводу, ничего столь вызывающего и позорного здесь нет, и она у меня не просто так. Татуировка имеет определенную символику и значение, что для меня важно примерно так же, как и для вас значок вожатой, – он скрестил руки на груди, говоря спокойно и уверенно, от чего Ольга Дмитриевна даже сбилась с уже взятого настроя, замолкнув и давая ему закончить, – И тем более меня удивляет ваше нынешнее недовольство, поскольку конкретно сейчас с этим фактом вы уже ничего сделать не в состоянии, если только не собираетесь снять с моей руки кожу, – он бросил взгляд на Алису, стоявшую рядом и показавшую ему большой палец, пока вожатая не видит. Большого труда стоило не заулыбаться в такой момент.
- И все равно это безобразие надо закрыть, – сказала вожатая, сдав позиции, но не сдавшись до конца, – Я не позволю, чтобы пионеры выглядели как сбежавшие зеки! А уж администрация тем более! Еще не хватало, чтобы другие начали думать, что это нормально… Так, Двачевская? – Алиса чуть не подпрыгнула, услышав свою фамилию, и залопотала что-то невнятное, соглашаясь с мнением вожатой. Снова повернувшись к нему, Ольга Дмитриевна закончила, – Эдвард, сейчас идешь в медпункт и возьмешь там эластичный бинт, скажешь, что я велела, замотаешь руку, пока мы чего-нибудь лучше не придумаем…
