Оставь себе Манхэттен полностью

В двух этих предложениях уместилось больше слов, чем Скотт сказал мне за весь день.

– Можешь воспользоваться ванной первая.

Бросив это, он прошел в спальню и захлопнул за собой дверь, даже не посмотрев в мою сторону.

Добро пожаловать в брак.

– Что, во имя Иисуса, случилось с твоим пальцем? – крикнула Лорел, стоя за моей спиной.

Я не слышал, как она вошла в кабинет, слишком занятый осмотром пальца, о котором шла речь. Он с каждым часом выглядел все хуже. Я отвернулся от кофейника, за которым собирался потянуться, и поднял левую руку. Судя по всему, если я в ближайшее время не сниму эту проклятую штуку, придется избавляться от нее хирургическим путем.

– Не стой столбом, Лорел, помоги мне его снять.

Она коротко кивнула.

– Подожди, сейчас все сделаю.

Через минуту она вернулась с большой банкой вазелина, нанесла немного на мой палец и начала крутить кольцо туда-сюда, пока оно не соскользнуло.

– Я не хочу знать, почему в ящике стола ты хранишь эту банку, но спасибо. – Согнув пальцы, я застонал от облегчения. – Ты ангел.

– Вспомни об этом, когда я попрошу прибавку, – усмехнулась она в ответ.

Схватив кофейник, Лорел разлила кофе по двум чашкам и скептически посмотрела на меня, делая глоток из своей. Мне это не понравилось.

– Итак… как все прошло?

– Я женат, – сообщил я, пожав плечами, пока вытирал с руки излишки вазелина бумажным полотенцем. Я не сумел притвориться, будто испытываю по этому поводу хотя бы каплю энтузиазма. – Все кончено.

– Когда я смогу с ней познакомиться?

Лучшее, что я мог сделать, – это уклончиво хмыкнуть. Я был против того, чтобы вмешательство Сидни в мою жизнь, которое и так было чрезмерным, усиливалось. Словно по сигналу, женщина, которая носила мое кольцо, вошла в дверь офиса «Лэйзи С», одетая в пару легинсов для бега – на этот раз черных – и флисовую толстовку в тон, которую она, должно быть, купила в Вегасе, потому что на груди был вышит логотип Wynn.

Она повернула голову, тряхнув хвостом, и улыбнулась, когда увидела меня. Это произошло мгновенно – улыбка коснулась глаз, отчего Сидни стала выглядеть лет на десять моложе, и эта ее версия мне понравилась. От образа чопорной сучки не осталось и следа. Ее неуверенная, но искренняя улыбка поразила меня. Где-то глубоко в груди кольнуло. Растерявшись от переизбытка нахлынувших на меня эмоций, я скривился, и мое лицо приняло выражение, словно я съел тухлых моллюсков.

– Доброе утро, – обратилась она к нам обоим.

– Вы, должно быть, Сидни! – воскликнула Лорел веселым голоском и сделала пару шагов вперед, чтобы пожать руку моей новоиспеченной жене.

Она никогда не была такой веселой, когда разговаривала со мной. Я сделал мысленную заметку поговорить с Лорел о некоторых корректировках в ее поведении.

Я пересек комнату, сел за стол и из-за экрана рабочего компьютера наблюдал за Сидни, пожимающей руку Лорел. Дерьмо. Я запоздало осознал, что моя жена была красоткой. Карма смеялась мне прямо в лицо и разрушала самые продуманные планы.

Я проверил, как она, прежде чем улизнуть из дома в четыре утра. Укрытая тремя одеялами, Сидни крепко спала на надувном матрасе на полу. По обе стороны от нее лежали собаки, словно охраняя. Я всю жизнь был окружен такими женщинами, как Сидни, – богатыми, избалованными, привыкшими получать желаемое любой ценой, – и был уверен, что к утру ледяная принцесса уже соберет маленькую сумку и умчится в отель. Или, что еще лучше, обратно в Нью-Йорк. И все же сейчас она была здесь, в моем кабинете, вторгалась в мое личное пространство, сам факт существования которого ее нисколько не волновал.

Разговаривая, женщины улыбались друг другу. А потом Сидни повернулась боком, и я чуть не проглотил язык. Кожа. Я мог видеть ее открытую кожу. По бокам ее штанов тянулись полоски прозрачного материала.

Черт возьми, мои парни тоже это видели?

Как правило, они ничего не упускали из виду, когда дело касалось женщины – особенно красивой, разгуливающей по ранчо в прозрачных легинсах. Если Сидни собиралась пробыть здесь какое-то время, я не мог допустить, чтобы она являлась в офис и по пути отвлекала моих парней своей откровенной одеждой. Работа на ранчо была опасной. Кто-то мог серьезно пострадать. Особенно мужчина, внимание которого с легкостью отвлекут пара длинных сексуальных ног и первоклассная задница.

Член зашевелился, и я подавил желание выругаться вслух.

– Что это? – Y-хромосома пещерного человека побудила меня озвучить претензию. Обе женщины повернулись, переводя взгляды на меня. Лорел не сводила с меня глаз, на лбу Сидни пролегла морщинка: мой тон явно озадачил ее. К сожалению, ненадолго. Мгновение спустя она справилась с замешательством и устремила на меня равнодушный взгляд. – Что на тебе надето? – уточнил я.

– Легинсы… и толстовка, – ответила она, медленно произнося каждое слово, как будто считала меня идиотом.

– Твои легинсы прозрачные. Я вижу кожу. Ты не можешь здесь это носить.

Мои джинсы становились все более тесными.